Книга Русалочья заводь, страница 174 – Ольга Шерстобитова

— Оставь записку, где мы, — сказала я шепотом, видя, что Даринель с Ринурелем сладко спит на диване, укрытая плащом Арана.

Лир черкнул на клочке бумаге в свете свечи пару строк, а потом я сосредоточилась, и мы переместились.

Тихая безлунная весенняя ночь вступила в свои права. Озеро, слегка поддернутое ледком, находилось за дворцом, было укрыто ельником и сугробами.

Мы оказались на берегу.

— Будем раздеваться? — спросил Лир, подрагивая в пижаме, и пытаясь согреть меня руками.

— Нет, — ответила я, и шагнула в озеро, ощущая с небывалой радостью свой хвост, казавшийся в темноте черным.

Нырнула на дно, ощущая, что вода приносит мне силу, Лир оказался рядом через несколько секунд, притянул меня к себе, поцеловал в губы.

— Хочешь в полет? — спросил он меня осторожно. — Со мной, — добавил зачем-то.

Я знала, что для Лира в качестве русала, этот полет будет первым.

— Хочу, — засмеялась я, наблюдая, как он почему-то волнуется.

Я нырнула вместе с ним, переплетая наши руки, лицом к лицу, хвосты ударились о дно, мы вместе взлетели над водой. Он — сверху, я — снизу, потом ушли вдвоем в воду, снова — вверх, теперь я — сверху, он — снизу. И стало так хорошо и славно, ощущая рядом в водных брызгах вторую часть себя, что даже, когда мы, отфыркиваясь и смеясь, остановились, целуясь под синим бархатом неба, выходить из воды совсем не захотелось.

— Может, останемся тут? — спросила я Лира. — Или уплывем в Серебряный город?

— А может, вы Арана все-таки вернете к жизни, — ехидно заметил Тир, оказываясь рядом с нами.

Ой, и вправду, как я могла забыть об Аране. Как?

Я смущенно посмотрела на Тира и Лира.

— Я-то ничего, понимаю, что увлеклись, — ответил брат мужа, отряхивая лед с волос. — Просто Даринель еле держится.

— Ну, силы мы вернули, можем хоть сейчас отправляться, — сказал Лир.

— Телепортируемся? — спросила я.

— Другим сказать не хотите ничего? Мы до сих пор от вас рассказа ждем о том, как тут все произошло, — снова ехидно сказал Тир.

— Вот спасем Арана и все расскажем, — сказала я твердо.

Тит обреченно покачал головой. Через минуту протянул нам с Лиром руки, мы сосредоточились и переместились в озеро, что находилось в пещере, подплыли к берегу, выползли, и я первая подползла к статуе Арана и обняла его.

— Сушиться не будем? — спросил меня Лир, взмахивая своим черным хвостом.

— Нет, — ответила я спокойно. — Нужно, чтобы Арана будили русалы.

Братья переглянулись, кивнули.

— Какую песню нам нужно петь? — спросил Тир.

— Дай угадаю, — сказал, улыбаясь Лир, обнимая меня за плечи, — ту, что любит Аранатариэль?

Я кивнула.

— Давай, — легко согласился Тир, улыбаясь, и когда Лир обнял меня за плечи, взял за руку.

Песня полилась легко, красиво и плавно. Голоса у русалов были мелодичные, бархатные, и в какой-то момент, я почувствовала, что мир растворяется в наших звуках, исчезает и мы, словно становимся чем-то одним целым и неделимым. И еще сильным и могучим, переполненные какой-то необъяснимой радостью и светом, шедшим изнутри.

Как только песня закончилась, Лир наклонился и впился в меня поцелуем.

Послышался чей-то смех.

— А я думал, что вы меня спасать пришли, — раздался голос…

— Аран, — вскрикнула я, и тут же меня подхватили его руки, прижали к себе.

— Даже, если весь мир рухнет, эти двое будут целоваться, можешь быть уверен, — сказал Тир. — С возвращением.