Книга Осторожно, темный маг не женат!, страница 15 – Ольга Шерстобитова

— Так что… мы пока в лесу лучше поживем, подальше от этой страшной женщины, – выпалил Дарнир, и остальные скелеты бодро заклацали челюстями. – Будем нужны, только позови, все как один явимся! Но в замок… уж не сердись, ни ногой!

И скелеты, бодро позвякивая оружием и откуда-то раздобытыми (я подозревал из какого-то забытого чулана с ненужными вещами) потертыми чемоданами, в которые непонятно что сложили, помчались к лесу. Саквояжи подпрыгивали в их костлявых руках, и вся эта процессия выглядела так нелепо, что я не мог остановить смех.

Некоторое время я смотрел им вслед. Надо же как, ведьмы моей испугались! Моей… Как же восхитительно это звучало. Пусть Женевьева ни о чем подобном и не подозревает.

Поняв, что не в силах сдерживать предвкушения от встречи с Женевьевой, я поспешил к замку.

Он приветливо встретил меня смазанными и непривычно не скрипучими дверями, уютными огнями в светильниках в коридоре и безукоризненной чистотой. Оказывается, я уже забыл, какого цвета здесь стены и даже не подозревал, что они темно-синие и с серебристыми узорами. И воздух пах как-то иначе, травами, цветами и, кажется, немного сладким яблочным пирогом.

Я шел и не узнавал собственный замок. Он, оказывается, безумно красивый, светлый и уютный, а я об этом даже не подозревал.

Стоило мне войти в парадный зал, как навстречу с громким «мяу» под ноги бросился мокрый и жалко выглядящий Ферр. Шерсть у него слиплась, в желтых глазах сверкала невыносимая обида, и я едва сдержал очередной приступ смеха.

Лишь быстро подхватил его на руки, прижимая к себе.

— Она… она…

— Ну что я? – раздался возмущенный голос Женевьевы, спускающейся с лестницы с махровым полотенцем в руках. – Я тебя красивым и чистым сделала! И зачем вот было сбегать, не дав себя вытереть и высушить? И кричать еще при этом так, что мертвого можно поднять!

В ее глазах сверкали смешинки, но выражение лица оставалось неимоверно серьезным.

— Ну, мертвого, это вряд ли, – хмыкнул я, забирая у Женевьевы полотенце и, не обращая внимания на возмущение и жалобы Ферра, закутал его в ткань.

Кот затих, только обиженно засопел, но вырываться и не подумал.

— Она-то все может, эта ведьма! – лишь жалобно выдал дух-хранитель. – От ее энтузиазма все наши скелеты сбежали.

— Сам предложил мне их в помощники. Откуда я знала, что они – воины и не умеют нормально работать в замке, если им не пригрозить, что стану на них зелья испытывать? – вспылила Женевьева, упирая руки в бока и недобро поглядывая на кота.

И в этом своем простом темно-синем платьице, скроенном явно так, чтобы казаться в нем строже и серьезнее, с переброшенным на плечо передником… когда ее щеки раскраснелись от негодования, голубые глаза сверкали огнем, а волосы растрепались… она была так прекрасна, что мысли путались, как от дикого хмеля.

— Так вот чья это была идея… со скелетами, – хмыкнул я, ничуть не принимая угрозу Женевьевы насчет зелий всерьез. С ее-то светлой непредсказуемой силой, она просто не сможет причинить никакого зла. – Удивил ты меня, Ферр!

— Я ей мстил… А она… она…

— Ведьма я, если не забыл, которая взяла на себя заботу о замке! – грозно заявила Женевьева, сдувая со лба выбившуюся из собранных в пучок волос, прядь.

Она столкнулась со мной взглядом, вдруг как-то обреченно вздохнула и села на ступеньку лестницы. Вся ее воинственность разом куда-то улетучилась, оставив только трогательную хрупкость и беззащитность.