Книга Академия волков. Темная кровь, страница 50 – Ульяна Соболева

Самое страшное — что часть меня, тёмная, извращённая часть, которую я не хочу признавать... часть меня была ВОЗБУЖДЕНА тем, как Рэйвен смотрел на меня.

Словно я была самым желанным существом в мире.

Словно он готов был умереть за ещё один вкус.

И мне понравилось.

Боже, помоги мне. Мне понравилась та сила.

Может, я и правда монстр.

Только не такой, каким меня считают другие.

"Есть вещи, которые навсегда меняют тебя. Первый поцелуй. Первая любовь. Первый раз, когда тот, кого ты любишь, чуть не убивает тебя случайно."

Дорогой несуществующий дневник,

Если бы кто-то сказал мне утром, что к вечеру я окажусь в лазарете после попытки отравления, а затем потеряю невинность с наследным Альфой, который в процессе чуть не потеряет над собой контроль, я бы... наверное, поверила. Потому что в Академии Алуктрас абсурд стал моей новой нормой.

Но обо всём по порядку.

День начался плохо и только ухудшался с каждым часом.

Столовая встретила меня привычным хором шёпота и косых взглядов. Прошла неделя после инцидента с Рэйвеном и его потерей контроля, и слухи распространились со скоростью лесного пожара. Теперь все знали: кровь Стража — это наркотик. А я — ходячая доза.

Замечательная репутация. Даже лучше, чем просто "последняя из истреблённой расы".

Сара шла рядом со мной, её лицо было бледным. После того, как она открыла мне свою тайну о бабушке-оборотне — секрет, который её семья охраняла поколениями, скрываясь среди людей — она стала ещё более замкнутой. Две изгойки в школе оборотней. Какая ирония.

— Ты сегодня ешь? — спросила она тихо, поправляя очки нервным жестом.

— Планирую попробовать, — ответила я, направляясь к столу. — Если, конечно, кто-нибудь не решит, что моя смерть от отравления решит все их проблемы.

Сара вздрогнула.

— Не шути так.

Но я не шутила.

Кайр уже ждал за столом Серебряных Клыков. После той ночи он стал ещё более бдительным — практически не отходил от меня. Рэйвена я не видела три дня. Он избегал меня, и я чувствовала через нашу связь его борьбу. Голод против воли. Желание против разума.

Мне было его жаль. И страшно одновременно.

— Доброе утро, — Кайр встал, когда я приблизилась. Всегда джентльмен. Даже в школе монстров.

Его зелёные глаза скользнули по моему лицу, изучая каждую деталь. Ищу следы усталости, страха, боли. Он делал это постоянно теперь — проверял, цела ли я.

Как будто я была фарфоровой куклой, которая могла разбиться от слишком резкого взгляда.

— Сомнительно доброе, — ответила я, садясь. — Но утро — это факт.

Он налил мне чай — точная температура, которую я любила. Положил на тарелку тосты, ягоды, сыр. Всё правильно. Всё идеально.

Иногда его совершенство было утомительным.

Я начала есть, и именно в этот момент мир решил напомнить мне, что я ненавижу утра.

Первый глоток чая обжёг не так, как должен был. Жжение было химическим, неправильным. Горло сжалось. Желудок скрутило. Комната начала вращаться.

— АлАя? — голос Кайра был далёким.

Я попыталась встать, но ноги не слушались. Кто-то закричал. Сара? Мила? Весь зал превратился в размытое пятно цветов и звуков.

Последнее, что я помню — сильные руки подхватили меня, не давая упасть. Запах сосны и чего-то дикого. Кайр.

А потом тьма.

Очнулась я в лазарете с головной болью, которая ощущалась как молот, колотящий изнутри черепа.