Книга Слезы Березы. Дневник Богдана Лебедева, страница 92 – Алина Есенина

Жуткий запах разложения и магии заполнил собой каждый уголок этой комнаты. Поднятая пыль медленно оседала, открывая взору ужасающую картину: некроманты, еще секунду назад представлявшие собой грозную силу, теперь корчились в агонии, распадаясь на части прямо на глазах. Кристаллы, словно пиявки, продолжали впиваться в их тела, высасывая жизнь и всю магию Германа.

Ярослав тяжело дышал, пот струился по его лицу. Такое мощное заклинание отняло у него немало сил. Он опустил руку и посмотрел на меня. В его глазах читалась усталость, но и удовлетворение.

— Теперь твоя очередь, – прошептал он, указывая на оставшихся некромантов, которые, казалось, застыли от ужаса. – Заверши начатое.

Я кивнул, чувствуя прилив адреналина. Вперед, в бой. Нужно покончить с ними раз и навсегда.

Вторник. 21 июня. 00.00

Как вышло, что за срок чуть меньше месяца, я превратился из обычного работника дешёвого кафетерия, в предвестника тьмы, которому пророчило победить своего отца в смертельный схватке? Было ли это безумием? Сном? Или правдой, скрытой в тенях моего подсознания? Я не знал. Но страх и одновременно манящая сила гнали меня вперед, по пути, предначертанному древними письменами, к схватке, которая должна была определить судьбу всего сущего. Но увы, я всё-таки был слаб…

Дарина, в страхе пряталась за моей спиной. Я вновь услышал ее шепот, который перемешивался с криками некромантов, корчащихся от порошка Ярослава.

— Богдан, откажись от темной силы, это ловушка Германа, – брюнетка торопливо шептала, проглатывая по нескольку слов, отчего я не до конца мог разобрать то, что она говорит.

— Но, без силы я не завершу превращение, – я сделал несколько шагов назад, пока Герман отвлекся на борьбу с Ярославом, давая мне возможность собрать свои мысли воедино.

— Ты не темный маг! Это… – она выкрикнула фразу не успев закончить, потому что один из некромантов, буквально выросший за ее спиной, сжал ее горло, своими безжизненными, тонкими пальцами. Мое сердце бешено заколотилось. Ярость вскипела внутри, сметая остатки сомнений. Я должен был защитить Дарину, даже если это означало поддаться тьме, что так настойчиво звала меня. Герман торжествующе ухмыльнулся, наблюдая за происходящим. Ярослав, обессиленный, лежал на земле, не в силах помочь.

— Вот и все, Богдан, – прозвучал в голове голос Германа. – Теперь ты мой!

Резкая боль пронзила мое тело, словно тысячи игл вонзились в каждую клетку. Темная энергия заполняла меня, преображая, меняя саму мою суть. Я почувствовал, как глаза наливаются багровым светом, а руки покрываются черной паутиной вен. Сопротивляться было бесполезно. Моя воля таяла, словно снег под жарким солнцем, уступая место чужой, властной и неумолимой.

Я попытался закричать, но из горла вырвался лишь хрип. Кожа горела, словно меня окунули в кипяток. Я почувствовал свое искаженное гримасой лицо, пылающие ненавистью глаза, и острые, как бритва, зубы.

Мир вокруг померк, растворяясь в багровом тумане. Я ощущал, как моя человечность покидает меня, оставляя лишь жажду разрушения и хаоса. Новая, темная сущность завладевала моим разумом, моим телом, моей душой.

Некромант, державший Дарину, отлетел в сторону, словно от удара невидимой силы.

Я шагнул вперед, и земля под ногами задрожала. Герман отшатнулся, в его взгляде мелькнул испуг.