Книга Неспокойные артефакты Эм/ Как я влюбилась в дознавателя, страница 49 – Анна Каляда

Сэмуэля мы нашли в дальней аудитории восточного крыла — он сидел за столом, заваленным книгами и свитками, и что-то увлечённо чертил на грифельной доске. Сложная схема трансформации магического потока — я узнала её по бабушкиным записям, хотя сама никогда не работала с этой областью. Мантия его была перепачкана мелом, волосы, как обычно, стояли дыбом, а на лице застыло выражение глубокой задумчивости — такое бывает у людей, которые только что решили сложную задачу и сами ещё не до конца в это поверили.

— Сэм, — позвала я с порога.

Он обернулся, и лицо его озарилось улыбкой.

— Сестрёнка Эм! — он подскочил со стула и, кажется, хотел обнять меня, но замер, заметив за моей спиной двух дознавателей. — Ой. И главный дознаватель. И господин Бринстон. Что-то случилось?

— Ничего страшного, — я прошла в аудиторию и села на край стола. — Нужна твоя помощь. Как консультанта.

Сэм переводил взгляд с меня на Раса и обратно. Вид у него был озадаченный, но не испуганный.

— Консультанта? По теоретической магии?

— Скорее, по студентам, — я вздохнула. — Сэм, ты знаешь всех. Ты общительный, ты вхож в разные компании. Нам нужно узнать, кто с факультета артефакторики мог бы сделать очень сложное плетение. «Эммину косичку». Или её искажённую версию.

Сэм нахмурился.

— «Эммина косичка» — это же бабушкин узор. Я его с детства помню. Она мне показывала, когда я ещё мальчишкой был. Говорила, что это семейный секрет.

— Вот именно, — подтвердила я. — И кто-то его использует. Не для защиты — для нападения. Чтобы вытягивать жизненную силу из владельца.

Он помолчал, переваривая услышанное. Я видела, как в его глазах мелькнула тревога, смешанная с возмущением.

— Вы думаете, это кто-то из наших?

— Мы думаем, что это студент или недавний выпускник с факультета артефакторики, — уточнил Рас. — Молодой человек. Тёмные волосы. Очень способный — такие плетения не каждому по зубам. Вежливый, умеет располагать к себе. Возможно, один из лучших на курсе.

Сэм опустился обратно на стул и потёр лоб.

— С факультета артефакторики… — пробормотал он. — Выпускников я знаю хуже, но среди младших курсов есть несколько очень сильных. И странных. Я не хочу ни на кого наговаривать, но если нужно — могу назвать имена.

— Нужно, — твёрдо сказала я.

Он кивнул и начал загибать пальцы.

— Первый — Лоран Дейн. Выпускной курс. Лучший на потоке по прикладным плетениям. Тихий, замкнутый, почти ни с кем не общается. У него работы всегда безупречны, но я видел пару его чертежей — они какие-то… холодные, что ли. Как будто он делает не для людей, а для галочки.

Рас записал имя.

— Второй — Никто из его однокурсников не знает его настоящего имени. Все зовут его Игла. Он специализируется на тонких плетениях. Очень талантливый. И очень скользкий тип. Я с ним лично не знаком, но слышал, что он пару раз попадался на том, что подделывал чужие работы. Его чуть не отчислили, но он как-то выкрутился.

— Подделывал? — переспросил Кёртис, подаваясь вперёд.

— Да. Стилизовал под чужие техники. Говорили, что он может скопировать практически любое плетение, если увидит хотя бы раз.

Мы с Расом переглянулись. Это звучало многообещающе.

— Кто ещё? — спросила я.

Сэм задумался, потом нехотя добавил: