Книга Развод с Владыкой драконов: скандальная история попаданки, страница 41 – Натали Веспер

Казематы были ещё хуже, чем я ожидала. Сыро, темно, пахло грибком, отчаянием и… тухлой рыбой. Охранник, к счастью, мирно похрапывал на табурете у входа в основной коридор. Я проскользнула мимо, затаив дыхание.

Клетки были маленькие, каменные, с решётками из толстых железных прутьев. Старик сидел в одной из них, сгорбившись в углу. При свете тусклого факела в конце коридора он казался просто тряпкой.

— Эй, — прошептала я, присев у решётки. — Горн?

Он вздрогнул и съёжился ещё сильнее, подняв руки, как бы защищаясь.

— Не бейте… больше не буду…

— Я не бить, — поспешила я успокоить, протискивая свёрток через прутья. — Еда. И вода.

Он с недоверием уставился на свёрток, потом на меня. В его тусклых глазах не было понимания.

— Зачем? — прохрипел он. — Чтобы перед казнью не с пустым желудком?

— Никто вас не казнит, — сказала я, хотя сама в этом не была уверена. — Руку оставили, помните? Просто… это от меня. Просто поешьте.

Он неуверенно потянулся, схватил свёрток и развернул. Увидев хлеб и яблоки, он не стал есть, а просто прижал их к груди и заплакал. Тихими, беззвучными рыданиями, от которых у меня в горле встал ком.

— Внучке… отнести бы…

— Я… я постараюсь, — солгала я, понимая всю нелепость этого обещания. Я сама была пленницей. — Просто ешьте сейчас. Вам силы нужны.

Он кивнул и начал жадно откусывать хлеб. Я сидела на корточках снаружи, чувствуя себя одновременно героиней плохого приключенческого романа и полной дурой. Вот она, великая миссия: под покровом ночи тайком пронести заключённому бутерброд. Революция в отдельно взятой тюрьме.

— Вы… вы новая госпожа, — пробормотал он с набитым ртом. — Тот, что заступилась. Зря. Теперь и вас накажут.

— Меня и так уже «наказывают» каждым прожитым здесь днём, — вздохнула я. — А вы… вы просто хотели помочь. Это не должно караться каменоломнями.

Он покачал головой.

— Закон есть закон. Я знал. Но сердце… не слушалось.

Мы сидели в тишине несколько минут, пока он ел. Внезапно я услышала шаги. Твёрдые, размеренные, неспешные. Охранник? Нет, он всё ещё храпел. Эти шаги были другими. Знакомыми.

Холодный ужас сковал меня. Я метнулась к тени, но было уже поздно. В конце коридора, освещённый пламенем факела, появился он.

Каэллан.

Он шёл один. В простом тёмном плаще, без стражников. Его лицо было нечитаемым в полумраке, но осанка выдавала власть так же явно, как и корона.

Он остановился в паре шагов от меня и посмотрел. Сначала на меня, сидящую на грязном полу у решётки.

Потом — на старика с яблоком в руке.

Потом — на свёрток с едой.

Тишина повисла густая, как смола. Даже Горн перестал жевать, замирая в ужасе.

— Интересно, — начал Каэллан, и его голос был на удивление спокойным, без привычного льда. — Я гадал, куда ты пропала после ужина. Думал, может, в библиотеку, к леди Алиссе… А ты, оказывается, открыла свой собственный благотворительный фонд в казематах.

Я медленно поднялась, отряхивая с платья несуществующую пыль (от гордости, в основном).

— Проверяла условия содержания заключённых, — заявила я с наглостью отчаяния. — Нашла нарушения. А именно: отсутствие ужина. Пришлось восполнить пробел.

Он смотрел на меня, и уголок его рта дёрнулся. Не в улыбку. Скорее, в выражение глубочайшего изумления, смешанного с раздражением.