Книга Развод с Владыкой драконов: скандальная история попаданки, страница 24 – Натали Веспер

Учитель: «…эт фэрн дот аштар…» («…и да станет пеплом всё, что разлучит нас.»)

— …и да будет… всё, что разлучит нас…»...объявлено судом высшей инстанции как веское основание для немедленного расторжения данной авантюры.

Учитель: «Вэн эт орен вэллар дот феас…» («Клянусь пламенем своего сердца и острием своей воли…»)

— «Клянусь… пламенем… и остриём…»…своего сарказма, который рано или поздно пробьёт вашу драконью броню.

Учитель: «…тор эт анра вэн фал…» («…что не отрекусь, не предам, не отпущу.»)

Я делая микро-паузу продолжила: «…что не отрекусь…»...от права на адвоката и одно телефонное звонок. Не предам…..своих принципов. И не отпущу…..эту тему, пока не добьюсь справедливости.

Учитель, завершая: «Ит дар. Феан ра’шал.» («Это дано. Союз свершён.»)

Я, глядя в пространство: «Это дано. Союз…«…юридически сомнителен, морально неприемлем и подлежит пересмотру в ближайшее время. Аминь.

Когда всё закончилось и Каэллан, не глядя на меня, повернулся к двору, чтобы принять поздравления, я стояла, чувствуя странную, горькую победу. Я не смогла отказаться. Но я заявила о своём несогласии. Публично. И он, чёрт возьми, выслушал.

Но какая цена этой маленькой победы? И что теперь будет, когда мы останемся наедине? Вспомнит ли он ночной разговор в библиотеке? Или я увижу только ледяную маску?

Орхидея в моих волосах снова тихо зашипела, как бы напоминая: спектакль ещё не окончен. Главное действие — впереди. И мне нужно было решить, произносить ли сегодня ночью «Клятву Отречения»… или попробовать поговорить с призраком, который, возможно, всё же существовал.

После церемонии меня не повели в уединённые покои, куда я втайне надеялась сбежать, чтобы содрать с себя эту каменную тогу. Вместо этого начался Пир.

Если церемония была ледяным спектаклем, то пир был его огненной, шумной и бесконечно утомительной второй частью. Большой Зал преобразился.

Столы ломились от яств, которые больше напоминали произведения искусства, чем еду: целые жареные звери с позолоченными рогами, желе, переливающиеся всеми цветами радуги, фрукты, светящиеся изнутри. От запахов специй, мяса и чего-то пряного кружилась голова.

Меня усадили на возвышении, рядом с Каэлланом. Он не смотрел на меня, будто я была частью интерьера — дорогой, но неинтересной вазой. Он отвечал на тосты, кивал знати, его профиль оставался безупречным и неприступным.

Я сидела, стараясь не шевелиться, чтобы не вызвать лавину из драгоценностей, и думала только об одном: как бы незаметно отломить кусок от этого гигантского павлина на серебряном блюде, не привлекая внимания.

Но покоя мне не дали. Подошёл Хельдон и проскрипел на ухо:

— Владыка приказал представить вас ключевым гостям. Встаньте. И улыбайтесь.

«Улыбайтесь». После моего публичного юридического протеста это звучало как особенно издевательская шутка.

И понеслось.

Гость первый: Лорд Таэрин.

Пожилой дракон в человеческом облике, с бородой, заплетённой в сложные косы с вплетёнными в них металлическими нитями. Его глаза, цвета старого золота, смотрели на меня без теплоты, но с оценивающим любопытством учёного, рассматривающего редкий жук.

— Лорд Таэрин, союзник нашего Дома с седых времён, — представил Хельдон.

— Интересный выбор, Каэллан, — пробасил лорд, его взгляд скользнул по моему перегруженному украшениями наряду. — Хрупко. Но, говорят, бойко. Слышал о твоём… вступительном слове. — В его тоне звучало не осуждение, а скорее скучающая констатация факта.