Книга Развод с Владыкой драконов: скандальная история попаданки, страница 16 – Натали Веспер

— Владыка не ждёт, пока вы будете готовы, — отрезал Хельдон. — Он ждёт, пока вы придёте.

Путь до кабинета Каэллана был похож на шествие на эшафот. Только эшафот, скорее всего, был бы менее мрачным. Кабинет располагался в самой высокой башне цитадели.

Круглая комната, одна стена которой представляла собой сплошное окно от пола до потолка, открывающее вид на огненные горы и пропасть внизу. Было ощущение, что стоишь на краю мира. Или на краю власти.

Каэллан стоял спиной ко мне у этого окна, вглядываясь в багровеющий закат. Он был в простых чёрных одеждах, но даже они сидели на нём как доспехи. Он не обернулся, когда я вошла. Дверь закрылась за мной с глухим стуком, оставив нас наедине.

Тишина растягивалась, густая и тяжёлая, как расплавленный металл.

— Ты была в библиотеке, — произнёс он наконец. Не вопрос. Констатация.

Сердце упало в пятки. Но сдаваться было нельзя.

— Это не запрещено, — выпалила я. — Меня не предупреждали.

— Тебя не нужно предупреждать о том, что очевидно, — он медленно повернулся.

Его лицо было, как всегда, маской, но сегодня в маске появились трещины. Тонкие, как паутина, но видимые. В глазах горело не ледяное равнодушие, а что-то иное.

Глубокое, холодное раздражение.

— Ты бродила по дымным коридорам. Ты проникла в западное крыло. Ты контактировала с леди Алиссой. Думаешь, я не знаю, что происходит в моём замке?

Каждое его слово было точным ударом. Он знал всё. Почти всё.

— Если вы всё знаете, — сказала я, поднимая подбородок, — то знаете и зачем. Я ищу способ уйти. Расторгнуть этот… этот фарс.

— Фарс, — он повторил слово, будто пробуя его на вкус.

И вдруг резким движением шагнул ко мне. Не для того, чтобы ударить. Чтобы приблизиться. Чтобы его холодная, подавляющая аура заполнила всё пространство вокруг.

— Ты называешь союз со мной фарсом? Ты, существо с пыльной планеты, с её ничтожными законами и бумажками?

— Да! — выкрикнула я, отступая до стола и упираясь в него спиной.

Отступать дальше было некуда.

— Это фарс! Меня украли, как вещь! Меня приковали! Меня оскорбляют и унижают при дворе! Какая часть этого, по-вашему, не является фарсом? Ваша мать уже пообещала стереть меня в пыль, если я не буду соответствовать! Что это, как не театр жестокости?

— Мать, — его губы искривились в нечто, отдалённо напоминающее усмешку, но лишённое всякой теплоты.

— Она играет свою роль. Как и все мы.

— А моя роль? — мои ногти впились в дерево стола. — Роль немой куклы? Роль жертвы для жертвоприношения вашему чудовищному эго?

Он замер. И в этот миг в его глазах промелькнуло нечто столь быстрое, что я едва успела уловить. Что-то похожее на… усталую досаду? Но оно исчезло, замещённое привычным холодом.

— Твоя роль — быть моей женой. Это честь, которой удостаиваются единицы.

— ЧЕСТЬ? — моё возмущение пересилило страх. Я оттолкнулась от стола, вставая с ним почти вровень. — Это не честь! Это плен! Я не хочу этой чести! Я никогда её не просила! У вас, у драконов, что, совсем нет понятия о согласии? Или вам плевать, лишь бы заполучить то, что приглянулось?

Его рука взметнулась — не для удара, а в резком, отсекающем жесте.

— Довольно! Ты переходишь границы. Ты испытываешь моё терпение. Играя в свою маленькую игру сопротивления, ты не понимаешь, на какой тонкий лёд ступаешь.