Книга Неправильная подруга, страница 89 – Любовь Попова, Елена Гром

Я пытаюсь вперед нагнуться, словно это поможет боли избежать. Но нет, кажется становится только хуже.

— Ты бы знала, как хорошо…

— И знать не хочу. Вытаскивай.

— Нет, дай кончить.

— Данил! — ору, когда он начинает размашисто двигаться, вкатывая мне член по самые яйца.

Я кусаю деревянный подлокотник, чувствуя, как слезы катятся по щекам

Тварь… Но почему я больше кричу, больше не пытаюсь остановить его, слушая его дикие рыки зверя. Почему закрываю глаза и словно привыкаю к этому полному ощущению наполненности.

А пальцы. Господи, что они творят. Одну рука сосок сжимает до боли, словно перекрывая ту, что все тело огнем опаляет, а другая клитор поглаживает, ослабляя напряжение. Сука, самое хреновое, что я уже не ору, уже начинаю привыкать и даже кайфовать от того, как кайфует он. Со мной. На мне. Во мне.

— Ксююююш, — рычит он, кусает меня в дополнение ко всему, только ускоряясь. Руки, член, губы. Чувствую как Данил замирает, обильно кончая и шумно дыша. — ты бы знала, как это круто.

— Куплю страпон, и узнаю, — дергаю рукам Бедрами, — Освободи меня, я тебя побью.

— Ладно, — говорит он спокойно и снимает ремни с моих запястий. Член выскальзывает из меня, капая на бедра крупными каплями. Я чувствую неимоверное облегчение, что приятным покалыванием охватывает ноги.

Черт, наконец — то.

Шлепаю его по плечу и хочу подняться, но Данил не дает, хватает под талию, и к себе прижимает.

Что? Я теперь нагло и бесцеремонно вставляя пальцы в меня.

— Данил!!!

— За мной должок, — трахает он меня пальцами, а я просто таю мороженным на языке, чувствуя, как после боли остаются только ощущения удовольствия, как сама насаживаюсь на пальцы, приближаю себя к оргазму. Данил начинает дергать ими на нереальной скорости, подводя меня к краю, хватает за волосы, поворачивает голову, целует жадно, продолжая снова и снова толкаться пальцами, пока перед глазами не заплясали красочные пятна, пока мир вокруг не закружился, пока тело не сковывает такой силы удовольствие, что я в конвульсиях бьюсь, чувствуя, как оргазм стрелой пронзает все тело, достигаю каждого нервного окончания…

— Больше никогда, — выдыхаю, зная, что он улыбается. Наверное, потому что мое никогда с Даниилом имеет слишком короткий век.

Ксюша

Вроде уже неделю среди этой семьи, но все равно немного страшновато. И дело не в отношении, мать Данила чудесно меня приняла. Наверное, я просто до сих пор не осознаю масштабы власти, которой они все обладают. Господи, да у них личный самолет. И еще вертолеты. Именно на одном из них мы летим в некое место, самое красивое по словам Данила. Я еще не высказывала ему своих страхов. Мы и не виделись почти на этой неделе.

У него на работе был завал, а я готовилась к свадьбе. Мы и встретились за пять минут до вылета и теперь его рука упорно движется мне под юбку. На высоте в несколько сотен метров. Ну что за человек?

— Отстань, — говорю одними губами, смотря как внизу пролегают целые акры лесов и полей. Рек. Гор. Мы приближаемся к одной из них и внутри все дрожит. Я была в горах, очень давно, ни никогда не видела их с высоты птичьего полета. Это непередаваемые ощущения и, наверное, только это не дает мне сбежать с этой свадьбы.

Рус конечно доволен. Он всегда мечтал о большом доме и когда мы приехали у Усть — Горск гонял по территории дома на великах вместе с сыновьями дяди Данила — Платона. Там легко запутаться в связях. В какой — то момент мне показалось, что я задыхаюсь от количества имен и лиц, но мать Данила помогла мне, сориентировала и взяла на себя организацию второй свадьбы сына.