Книга Развод. Любить нельзя вернуться, страница 57 – Ирина Романовская

Одно решение привело в ту точку, где остался лишь выбор без выбора.

Как обиженная им женщина, я где-то в глубине души ликую, что приложила к мукам Горского руку. Но когда осознаю свое ликование, меня накрывает стыд. Липкий и неприятный. Нельзя такому радоваться. Нельзя. Так поступают только нелюди.

Я не хочу быть такой, не хочу носить в себе эту злобу и ненависть. Она отравляет мое счастливое настоящее.

— Я готов сделать все что угодно для тебя и Сони.

Жар приливает к шее, поднимается к подбородку. Касаюсь пальцами ключицы, растираю горящую кожу.

— Зачем ты строишь детскую площадку? — вопрос спонтанно слетает с губ.

— Какую площадку?

— Втом доме. Вместо бассейна. Я думала, что это для вас с Миром… Но он уже… И о Соне ты на тот момент еще не знал.

Потягиваю ближе отставленную ранее тарелку с салатом и беру в руку вилку. После пережитого стресса очень хочется есть. Помидор с перепелиным яйцом первыми отправляются ко мне в рот.

— Все работы ведутся, вернее велись, по планам предыдущего владельца. У мужика четверо детей и жена на сносях. Он занимался согласованием перепланировки дома и участка с архитекторами и строителями. Планировали осесть там всей семьей минимум на несколько лет.

— А потом появился ты с невероятно выгодным предложением и они не смогли сказать тебе «нет»? — с набитым ртом озвучиваю свое предположение. Раньше, по крайней мере, Горский именно так и делал.

— Почти, — усмехается Назар, продолжая наблюдать за тем, как я ем.

Воспоминания всплывают одно за другим. Назар частенько наблюдал за тем, как я питаюсь. Даже когда не выпускал телефон из рук, ведя важные переговоры, он все равно следил за каждой моей ложкой.

В моменты обострения моего РПП нам с трудом удавалось сосуществовать в одном пространстве. Я считала заботу мужа обузой и тиранией. Пряталась, врала, выбрасывала еду, заменяя все водой с лимоном. В моей голове модель с ростом в сто семьдесят три сантиметра не могла весить больше пятидесяти килограммов. Любой грамм сверху был катастрофой.

Кусочек куриного филе с листом салата и тертым пармезаном буквально тают на языке. Капля сливочного соуса остается на моих губах. Взгляд Горского моментально прикипает к ним. Шумно сглотнув, Назар допивает остаток своего эспрессо.

— Кхм, дом на продажу выставили они сами. Я тут ни при чем. — Назар поднимает руки ладонями ко мне. — Там какая-то история приключилась с родителями жены. Серьезное ДТП или что-то вроде того. В срочном порядке целой семье пришлось бросить все и ехать к старикам. Когда я позвонил по объявлению, то был пятым или шестым в очереди. Понятия не имею почему отсеялись остальные, но, когда мне перезвонил риелтор и предложил сниженную цену, я без раздумий согласился на сделку. Спонтанная покупка, которая заняла часть моего свободного времени. Жить там не планировал изначально, квартиры мне вполне хватает. Решил просто достроить проект, и заработать на его перепродаже.

— Зачем меня втянул в это?

— В компании назревал серьезный конфликт с правоохранительными органами.

— Что сделал Илья? Почему ты сдал его полиции?

Горский вскидывает брови в немом вопросе.

— Не только у тебя есть связи в узких кругах.

Назар кивает.

— На посту главы компании Илья стал сходить с ума. Его ничего не интересовало, кроме навара. Он не слушал моих советов, уволил половину управленцев. Стал ввязываться в азартные игры, залез в долги, и чтобы перекрыть минуса на счетах, начал продавать персональные данные важных клиентов на черном рынке. До меня в Германию долетали одиночные слухи, которые брат называл происками конкурентов. Увы, мне было некогда разбираться, где правда, а где бред собачий. Здоровье Мира постоянно скакало то вверх, то вниз.