Книга Развод. Любить нельзя вернуться, страница 156 – Ирина Романовская

Когда Соня начинает тереть глазки и проситься в кровать, я с трудом сдерживаю радостный возглас. Вскакиваю с места как пружина. Правая нога, долгое время сохранявшая горизонтальное положение, немного покалывает. Быстро наматываю шарф себе на шею, помогаю Соне застегнуть куртку.

Морозный воздух улицы приятно холодит мои раскрасневшиеся щеки. С неба срываются мелкие снежинки. Гудят клаксоны, звучит чужая речь от прохожих. Пока Назар садит Соню в автокресло арендованного авто, я стою на тротуаре и глазею по сторонам.

Улыбаюсь несмело этому городу. Берлин — столица моей боли и одновременно успеха. Город забравший у меня любовь и подаривший ее вновь. Страшно будет прилететь люда в третий раз. Мало ли что.

Соня засыпает, как только машина трогается с места.

Огни ночного города приятным теплом ложатся на плечи. Нервозность и чрезмерные волнения, бурлящие в крови большую часть суток, наконец покинули организм. Назар берет мою руку, переплетает наши пальцы. Целует тыльную сторону ладони, ластится щекой.

— Устала? — спрашивает тихо.

— Трудный день был, знаешь ли, — кокетливая улыбка расползается на моих губах.

— Тан, помнится, любитель чуть что не так театрально закатывать глаза и хватался за голову. Вы все бездари, я всех уволю и внесу в черный список, — Горский пытается пародировать манерность Антина, но у него не выходит.

— Примерно так все и было, — закусив губу, стараюсь не смеяться.

Завороженно слежу за тем, как Назар управляется с большим внедорожником одной рукой. Сердце делает испуганный прыжок с переворотом, когда он отпускает руль в свободное плавание. Всего на несколько секунд, дабы левой рукой дернуть рычаг КПП, но все равно страшно.

— Это опасно.

— Сомневаешься в моих водительских навыках? — подмигнув, Назар возвращает руку на кожаный руль.

— Как подросток, в самом деле!

— Ты была великолепна, Веснушка. — Отбросив шутливые нотки, бархатным тембром шепчет Горский. — Ты всегда великолепна.

— Ой, ты сейчас скажешь что угодно, лишь я не сбежала до того, как попаду в твой гостиничный люкс.

Щеки горят алым пламенем, хотя я и стараюсь остудить их неудачной шуткой. Отворачиваюсь, припадаю разгоряченным лбом к холодному окну.

Старые страхи опять отбрасывают меня назад. А что если я опять с головой нырну в любовь и получу удар под дых? Опять эти «если».

Тяжко вздыхаю и закрываю глаза.

Мне так нравятся новые-старые мы. Я так давно не испытывала ничего подобного. Это чувство, когда пьянит от одного прикосновения, сносит крышу от одного взгляда. Когда только замечаешь его в конце зала, а сердце уже грохочет как сумасшедшее и сбивается дыхание.

Хватка мужских пальцев вокруг моей ладони становится ощутимее. Он словно знает о чем я думаю, поэтому напоминает, что рядом.

Остаток пути не произносим ни слова. Слушаем размеренное дыхание друг друга и приглушенный шорох колес. Все так же держимся за руки.

Соня не просыпается, когда мы прибываем к гостинице. Назар передает мне ключ-карту от номера, а сам берет дочь на руки. Пока идем по фойе, поднимаемся в лифте, шагаем по длинному коридору, мы общаемся только жестами и кивками головы.

Пропускаю бывшего мужа первым, сама с опаской плетусь следом. Плечи немного подрагивают, в груди тахикардия. Вернувшись, Назар помогает мне снять пальто. Бросает его вместе со своей курткой на комод в шкаф-купе.