Книга Развод в 43. Когда уходит любовь, страница 24 – Александра Багирова

— В бизнесе я ничего не делаю, что Вере навредит. Недоговариваю для ее же блага. А измена… тебе не понять. Просто нет.

— Так ты что реально за все годы ни разу ей не изменял? — Фомин даже перестает жевать. — Сколько вы там вместе двадцатку?

— Двадцать три. До этого мы еще два года вместе были. Аленка же до официального брака родилась.

— И ни разу не захотел другую опробовать? — Фомин глаза округляет. — Я от жены уже черед три месяца гульнул. И был доволен, как свежего кислорода вдохнул.

— Ни разу.

— Не жалеешь? Столько на сухом пайке сидеть?

— Нет. Захотел вот, развожусь. Иначе не будет.

— А если потом снова к Верке потянет? — Колька продолжает допытываться.

— Вряд ли. Наш брак изжил себя. Раньше мне реально никого и не надо было, у нас все кипело, бурлило. Такая страсть была, до искр перед глазами. А потом все стало стихать. Пока не превратилось в рутину. Когда близость — уже не близость, а обязанность. Типа. Знаешь, как посуду помыть. Надо. Вот и делаешь. Отметился. Выдыхаешь. Все долг выполнил.

— Мрак, — изрекает Фомин и наполняет свой бокал. Делает несколько больших глотков. — Вот и говорю, неправильная у тебя позиция. — Так бы на сторону сходил, освежился, и дома все тип-топ.

— А совесть? Как жене в глаза смотреть? Я бы себя сгрыз. Даже если бы Вера никогда не узнала. Нет, если уходить, то как человек.

Все же в этом вопросе они слишком разные с Колей. Никогда друг его полностью не поймет, но все равно поддержит, в этом Миша уверен.

— Даже если тебя жена и дочери послали? — хитро прищуривается.

— Даже так. Я все же думаю, наладится у нас. Вера отходчивая. Девочки поймут, что я остался их отцом. Сейчас им сложно принять, что родители больше не вместе.

— Не факт, — качает головой Фомин. — Верка-то тебя любит. Поверь мне, оскорбленная женщина на многое способна. На такое, чего ты даже предположить не можешь. Так что забудь ту Веру, которую знал. Теперь она изменится, а в какую сторону… поглядишь. Но не жди милоты и понимания. Не тешь себя сладкими сказками, дружище. Поверь моему опыту, а он у меня уж больше, чем твой.

— Не любит она меня. Привычка. Просто она еще это не осознала.

— Ну-ну… — ухмыляется.

— Я тебе серьезно говорю, знаешь, как порой сложно признать себе, что твой брак плесенью порос. Я и сам до этого долго шел. Но Вера — она все равно родной мне человек. Она еще вначале наших отношений стала для меня якорем. Без нее я бы загнулся. И я этого никогда не забуду. Всегда буду с благодарностью помнить. И да, можешь ржать, Коль, но я верю, что мы сможем остаться близкими друзьями.

— Ясно, тут ты пока в иллюзиях. Но, Миш, могу посоветовать, отвлеки ее. Пусть у Верки какой мужик появится. Она тогда иначе на ваш развод посмотрит.

— Типа, она кого-то к себе подпустит, — мотает головой. — Ты как это представляешь, я только сообщил о разводе, а Вера такая бац, и на другого повелась? Это вообще не про нее. Хоть со временем, возможно, и встретит кого-то. Не до конца жизни же ей одной век коротать.

— Кстати, я пробовал подкатить, — Фомин водит указательным пальцем по бокалу, — Так сказать, почву прощупывал. Кремень. Сразу все оборвала.

— Вот видишь, — Миша поднимает указательный палец к потолку. — Так что свою жену я знаю.

— Дружище, я тебе говорю, хочешь сговорчивую бывшую, устрой ее личную жизнь. Чтобы удовлетворял ее мужик, чтобы она вновь вкус жизни почувствовала. Она-то тож затухла с тобой, не ток ты с ней. И когда Верку качественно удовлетворят, — издает пошлый смешок, — Вот тогда, у тебя будет шанс обо всем с ней договориться.