Книга Развод в 43. Когда уходит любовь, страница 127 – Александра Багирова

— Я бы такое точно не подписывал… Тем более если вы раньше не работали с этим поставщиком. Надо бы к нему наведаться. Поговорить по душам, — Антон легко поднимается с кресла, пружинистой походкой пересекает кабинет.

Следую за ним.

Хватает десяти минут, чтобы расколоть мужика. Он подослан конкурентами. Хотел спихивать нам некачественный товар. И таких стервятников много, и прикрываются они довольно неплохо. У этого были идеальные рекомендации и вначале он себя отлично показал. Хорошо, что у него не было доступа к секретной информации.

— Антон, спасибо огромное! — говорю, когда охрана уводит горе-работника из территории фирмы.

— Ты и сама все унюхала, — в темно-синих глазах танцуют искры.

— Ты однозначно ускорил процесс.

— Следующий раз, как будешь кого-то выбирать, звякни мне, мои ребята быстро его пробьют. Теперь надо тщательней смотреть. Твоя фирма лакомый кусочек, Вер. Миша стоял на защите, его не стало, и многие активизировались. Прости. Факт.

— Я это прекрасно понимаю. Буду отстаивать границы.

— У тебя есть планы на вечер? Как насчет ужина?

— Уже нет планов. Так что согласна.

Ужин проходит отлично. Уделяем время и работе. Просто болтаем. Антон веселей, жизнерадостный, шутить любит, а вот то, что у него на сердце не показывает. Очень глубоко прячет, и не дает этому выйти наружу. Жизнь с нелюбимой оставила свой отпечаток.

Но я и не пытаюсь ему в душу заглянуть. И сама свои раны не показываю. Слишком личное.

После мы прощаемся, и я еду домой.

Вечером у нас семейный просмотр фильма со свекровью и Юленькой. Потом мои девочки расходятся по своим комнатам. А я иду к себе. Беру крем, откручиваю крышку.

По коже проходят легкие электрические импульсы. Отчетливо их ощущаю.

Неужели снова?

Подхожу к окну.

За воротами стоит неприметная машина. А в ней виднеется силуэт. Его ни с кем не спутать. Миша… и взгляд, которого я не вижу, но чувствую. Он устремлен на мои окна. Прямиком мне в душу.

Так ежедневно целый месяц с ночи до рассвета.

Надо это прекращать. Накидываю теплый халат, закутываюсь, подвязываю поясом. И решительно спускаюсь по ступеням, выхожу во двор, открываю калитку и иду прямиком к его машине.

Новая. Простенькая. Раньше он ездил на автомобиле хорошей марки.

Рывком открываю дверь с водительского места.

— Долго это будет продолжаться?

Миша смотрит на меня так, словно видение увидел. Не шевелится, осторожно ощупывает меня взглядом.

— Вера, ты…

— А кто, Миш.

— Я и не надеялся…

— На что?

— Что ты выйдешь. Что вообще знаешь.

— Ты месяц под моими окнами.

— А где мне еще быть? — вопрос звучит удивленно. Словно сидение мод моими окнами самое естественное и иначе быть не может.

— Дома.

— Мой дом тут. Был тут, — тяжелый вздох, бьется головой о руль. — А другого у меня не будет.

— Миш, может к специалисту сходи. Психолог тебе бы не помешал, — говорю осторожно.

Я с ним прожила слишком много лет, прекрасно чувствую его состояние, считываю внутреннюю боль. И с ним явно происходят нехорошие вещи.

— Психолог? — откидывается на спинку сиденья. Потом снова головой об руль. Выбирается из машины. Смотрит на меня долго. Протягивает руку, тут же опускает. Сжимает и разжимает пальцы. — А он вернет мне семью? Тебя? Девочек? Все то, что я так бездарно потерял… Вот этими руками, — выставляет руки ладонями вперед, — Все поломал. Что сделает психолог? Заберет боль? Так она заслуженная. Я ее хочу. Боль — это единственное, что осталось в моей жизни настоящего. Я должен прочувствовать все от начала и до конца…