Книга Случайные. Женщина, как и беда, не приходит одна, страница 17 – Лина Мак

Так ведь не бывает, что одна и та же женщина появляется в моей жизни ровно в тот момент, когда на горизонте намечаются большие перемены. И для кого‑то они будут хорошие, а для кого‑то — последние.

— Как, оказывается, тесен мир, да, Сола? — задаю вопрос, а самого так и подмывает схватить её и вытрясти всё, что она знает.

— Мам, вы знакомы? — Макс переводит взгляд с меня на Солу, но та — как дикая кошка. Уже готова броситься в атаку.

— И сейчас ты тоже будешь рассказывать, что случайно здесь оказалась? — уже не спрашиваю, но всё же жду от неё ещё реакции.

По крови разгоняется адреналин, и я слышу, как сердце грохочет в груди. Воспоминания снова накрывают. Девчонка, которую я пытался приручить, а вышло так, что сам стал её заложником. Пускай и в своих мыслях.

— Да, сынок, — наконец отвечает Сола, и её голос дрожит, но она старается это скрыть. — Мы с Демидом Александровичем давние знакомые.

Макс переводит взгляд с матери на меня, потом снова на мать. В его глазах — растерянность и недоумение. Он явно пытается сложить в голове картину, но кусочки не сходятся. Может, нужно свои предположения выдвинуть, и у нас сложится общая картина.

— Так это ты попросила Демона, чтобы он приехал за город? — начинает он, но Сола кладёт ладонь на его плечо.

— Куда «за город»? Где тебя именно держали, сынок? — начинает выпытывать она, совершенно игнорируя тот момент, что пацан назвал меня Демоном. Но вдруг резко поднимает на меня взгляд, прожигая, и добавляет: — Потом, Макс. Всё потом. Давай лучше я тебя в больницу отвезу.

Я чувствую, как внутри закипает смесь злости, раздражения и чего‑то ещё, того, что я так долго пытался вытравить из себя. Воспоминания нахлынули волной: тот день, когда она просто сбежала, оставив после себя лишь пустоту и вопросы без ответов. И вот она здесь, всё та же Сола, но в то же время совсем другая. Да ещё и мать! Выходит, замуж вышла, пацана родила. Да только как вышло так, что его избили? Хороша мать!

Сола разворачивается, чтобы выйти из кабинета, но Грек, до этого молча наблюдавший за происходящим, шумно выдыхает и делает шаг вперёд, преграждая ей путь:

— Не так быстро, Аглая. Похоже, нам предстоит долгий разговор. Может, начнём с самого начала?

Сола поднимает на него взгляд, потом смотрит на меня. В её глазах я вижу борьбу: страх, решимость, отчаяние. Она глубоко вдыхает, словно набираясь сил.

— Хорошо, — говорит она твёрдо. — Я же за этим, собственно, сюда и пришла. Но сначала я отвезу сына в больницу.

— Сомневаюсь, — отвечаю я и поднимаюсь с кресла.

Сола вздрагивает, но не отступает. Смотрит так, будто готова сейчас умереть. Хотя что‑то мне подсказывает, что так и будет, если она выйдет отсюда, да ещё и с пацаном.

— Макс может побыть в соседней комнате, — говорю я, когда между нами остаётся всего лишь шаг. — Он побудет там, пока ты расскажешь мне, почему спустя столько лет ты явилась. Только в этот раз сама.

Макс бросает на меня короткий взгляд. Я вижу, как он напрягается, как медленно отпускает руку Солы, сжимая свои кулаки. Черты становятся чётче и грубее. И вот сейчас мне хочется спросить у Солы, или Аглаи, где же отец Макса, который должен защищать его.

А память снова подкидывает мне воспоминания, когда эта зараза кричала о ненависти и проклинала меня, говоря о том, что ни одна не согласится стать моей и родить мне детей.