Книга Мужчина моей мечты, или Овны мимо!, страница 46 – Ника Оболенская

— Только не говори мне, что это сделала я, — шепчу, с ужасом смотря на раскиданные по полу остатки торта и застывшую вокруг нас толпу.

— Ну буду, — поспешно соглашается Дан.

А к нам уже спешит Лилия Адамовна.

Божечки!

— Стелла, детка, как ты? — мама Дана хватает меня за руки, не обращая никакого внимания, что сама пачкается в сладкой начинке.

— Простите… Бога ради, простите, Лилия Адамовна! Я не хотела… — начинаю оправдываться, но Лилит только машет ладонью с кремом на пальцах.

— Глупости какие! Наплевать на этот торт! Ты не ударилась?

Столько участия в ее голосе, что мне хочется разрыдаться. Качаю головой:

— Нет, нет, всё в порядке… — Краем глаза замечаю странные вспышки. — Разве что искры в глазах… Дан, что там?!

Проследив за моей рукой, Алиханов срывается с места.

Искорки, которые я приняла за мушки в глазах, оказались самыми настоящими язычками пламени. Отлетевшая на добрые метры свеча-фонтан подпалила какую-то коробку.

«Кто вообще в здравом уме оставляет тут макулатуру?» — задаюсь вопросом, когда Богдан прицельным пинком отправляет загоревшуюся коробку через перила балкона.

А через пару секунд потемневшее небо озаряет первый залп салюта.

Вздрагиваю от хлопка и перевожу ошарашенный взгляд на Лилит.

Вопреки всему тому, что я тут учинила за какие-то минуты, эта красивая женщина улыбается, глядя на распускающиеся в небе огненные цветы.

— А ты мне нравишься, сестричка, — раздается над ухом.

Как черт из табакерки рядом нарисовался Никол.

— С тобой в нашем тухлом семействе станет куда веселей.

Прожигаю его отнюдь не дружелюбным взглядом.

— Кыш, негодник, — шикает на него мама Дана, а потом тянет меня прочь. — Пойдем-ка, Стелла, приведем тебя в порядок.

И мне остро захотелось сказать ей, что я не Стелла.

Я — ходячая катастрофа!

Гороскоп Рыбы:

Проведите вечер в спокойной обстановке. Уделите время любимому хобби и кусочку торта.

POV . Марина

Устав заниматься самобичеванием, поднимаюсь с пола.

Ноги затекли так, что я кряхчу, как старая бабка, пока их покалывают крошечные иголочки.

И если игнорировать Дана вышло у меня играючи — я просто притворилась, что меня нет дома. То голод из-за стресса — не такое простое дело.

Выбираюсь из своей норы и иду на кухню за порцией сладкого утешения.

Мама всегда меня стыдила за эту привычку. Говорила, что так лишние килограммы налипнут к моей заднице еще быстрее.

Что ж, с лишними кило покончено еще к выпускному, а вот с любовью к тортам…

В коридоре темно, только полоска света из ванной да шум воды подсказывают, где сейчас хозяин квартиры.

Крадусь мимо, подхватив шлейф своего безразмерного халата. Интересно, почему для меня нашелся именно этот оттенок розового стыда? Обычно, в отелях они беленькие или серенькие…

Шум воды в ванной на секунду затихает, и я замираю в нелепой позе с задранной вверх ногой, как воришка какой-нибудь.

Мое воображение рисует, что сейчас дверь откроется, и выйдет злой как тысяча бесов Богдан, и начнет меня отчитывать.

Хотя в машине он хранил молчание, да и вообще, вел себя, как обычно.

«Или выпрыгнет голым и утащит творить непотребства и блуд», — тут же подсказывает внутренний голос.

И от такой перспективы мне что-то становится душно и нечем дышать.

Стискиваю слишком широкий ворот, ожидая подлянки от судьбы. Но Дан не спешит выполнять ни одно из подкинутых моим воспаленным воображением действий, и с я облегчением выдыхаю.