Книга Прихоть, страница 108 – Асти Брамс

Он сделал единственное, что мог сделать на расстоянии: дал мне шанс.

Возможно, и папе не просто так попалась информация про эту компанию. Кто-то передал через третьи руки, или просто аккуратно направил его в нужную сторону. Чтобы я не заподозрила и всё выглядело естественно.

Это было так похоже на Кирилла. Просчитать каждый шаг. Выстроить цепочку, чтобы его участие осталось невидимым. Чтобы я пришла сама, по своей воле, и получила работу не как подачку, а как заслуженный результат.

Только вот он не учёл одного. Что мне станет известна его хитрость…

Дома пахло жареной картошкой и укропом. Мама встретила меня в коридоре – в фартуке, с раскрасневшимися щеками и ожиданием в глазах.

— Ну? Как прошло?.. Рассказывай!

Я стянула куртку, повесила на крючок и двинулась на кухню. Села за стол. Мама стояла рядом, вытирая руки полотенцем, и смотрела на меня с такой надеждой, что стало стыдно за собственную отстранённость.

— Да, меня взяли, – наконец сказала я. – На стажировку. С понедельника…

— Правда?! – Мама всплеснула руками, и ее лицо озарилось радостью. – Доченька! Ну наконец-то! Я же говорила, всё получится! Вот видишь!

Она захлопала в ладоши, потом кинулась ко мне, обняла, поцеловала в макушку. Я обняла её в ответ, но как-то механически. Тело было здесь, а мысли – нет.

Мама отстранилась и заглянула мне в лицо. Улыбка медленно сползла с её губ.

— Что случилось? Тебя же взяли, это хорошо! Почему ты не радуешься?

— Радуюсь, мам, – я попыталась улыбнуться, но вышло криво и неубедительно. – Просто устала. Голова кружится весь день… Я пойду полежу, ладно?

Она нахмурилась, хотела что-то сказать, но я уже поднималась из-за стола.

— Мия...

— Всё хорошо, мам. Правда! Просто устала.

Я ушла в свою комнату и закрыла дверь. Прислонилась к ней спиной и несколько секунд просто стояла так, глядя в потолок. Потом легла на свою старенькую кровать поверх покрывала и уставилась в стену.

Вялость навалилась сразу, как только я перестала двигаться. Но голова при этом работала с бешеной скоростью, и остановить мысли я не могла.

День тянулся бесконечно. Я лежала, потом вставала, бродила по комнате, снова ложилась. Пыталась читать – буквы расплывались перед глазами. Пыталась есть – мама принесла тарелку, но я едва притронулась. Пыталась думать о работе, о понедельнике, о том, что нужно подготовиться, почитать о компании, освежить навыки в программах... Но все мысли неизменно возвращались к одному.

К Кириллу и всем воспоминаниям, связанным с ним.

Потом наступил вечер, затем ночь. За окном стемнело, дом затих, родители легли спать. А я лежала в темноте с открытыми глазами и не могла уснуть.

Его мягкое, почти невесомое проявление в моей жизни пошатнуло, казалось, весь мой внутренний мир. Всё, что я выстраивала этот месяц – хрупкое равновесие, смирение, принятие, попытки двигаться дальше – всё это рассыпалось за день! За секунду. За тот момент, когда я увидела свои чертежи на чужом мониторе…

Я прокручивала в голове воспоминания – без воли, без контроля, как будто кто-то нажал кнопку воспроизведения, и я не могла остановить запись. Его голос, взгляд – тяжёлый, тёмный, от которого внутри всё замирало. Его руки. То, как он смотрел на меня в последний раз. То, как сказал, что тоже влюблён… Просто, прямо, как факт, который больше не мог держать в себе.