Книга Развод в 35. Я больше не твоя, страница 48 – Валери Овчинникова

Опасный.

Очень опасный.

И почему-то от этого становилось не страшнее, а спокойнее. Что, конечно, плохо. Женщина после развода должна держаться подальше от опасных мужчин. Желательно вообще от всех мужчин. Особенно от тех, у кого карие глаза, черная футболка и фраза «я тоже» звучит как предупреждение для всего мира.

— Спасибо, — сказала я.

— Не благодарите раньше времени. Завтра в девять вы должны быть на рабочем месте. В восемь сорок пять — у HR для оформления. Паспорт, СНИЛС, ИНН, трудовая, документы об образовании. Справитесь?

— Да.

— Семейные вопросы решаете вне рабочего времени. Но если ваш муж принесет их сюда, это станет уже рабочим вопросом.

Я кивнула.

Очень хотелось спросить, почему он не выставил меня сразу. Почему взял. Почему не решил, что я проблемная, измученная, неудобная. Но я не спросила. Во-первых, боялась услышать ответ. Во-вторых, в кабинете Кирилла Сергеевича Власова вообще почему-то не хотелось задавать лишние вопросы. Было ощущение, что он на каждый ответит честно, а честность у него, похоже, была не мягкая, а с острыми краями.

— Можете идти, — сказал он.

Я поднялась.

На этот раз дошла до двери без вибрации телефона. Маленькая победа. Правда, уже держала телефон так крепко, будто собиралась им обороняться. Ну а что? Современная женщина: в одной руке смартфон, в другой резюме, в душе травма, в сумке детские колготки.

— Алина Викторовна.

Я обернулась.

Власов стоял у стола, держа мой телефон. Я так быстро вышла, что забыла его забрать. Отлично. Просто великолепно. Первый день знакомства с начальником, а я уже оставляю у него личные вещи и семейную драму. Еще немного, и принесу тапочки.

— Ваш телефон.

— Ой. Спасибо.

Я вернулась, взяла телефон, наши пальцы на секунду соприкоснулись. Ничего особенного. Совершенно. Просто кожа к коже. Но я почему-то почувствовала это слишком отчетливо. Теплые пальцы. Сильные. Спокойные.

Я отдернула руку чуть быстрее, чем стоило бы.

Он заметил.

Конечно, заметил. Этот человек, кажется, заметил бы даже, если бы в соседнем кабинете кто-то неправильно подумал.

— До завтра, — сказал он.

— До завтра.

В коридор я вышла с ощущением, что только что прошла собеседование, допрос, мини-инфаркт и какой-то странный личный экзамен на выживаемость. HR-брюнетка ждала у двери и улыбнулась.

— Ну что?

— Кажется, меня взяли.

— Если Кирилл Сергеевич сказал «испытательный срок», значит, взяли.

Она сказала это с таким видом, будто мне выдали не работу, а пропуск в закрытый орден, где слабые не задерживаются, сильные выгорают, а сам Власов по ночам, возможно, ест отчеты без соли.

Мы пошли оформлять предварительные документы. Я подписывала согласия, анкеты, какие-то листы, где надо было указывать паспортные данные, адрес, образование, семейное положение. На графе «семейное положение» я зависла.

Замужем.

Рука не хотела писать.

Вот прямо физически. Как будто ручка тоже считала это издевательством. Я замужем за мужчиной, от которого вчера ушла ночью, который целовал другую женщину, угрожал опекой, приехал с юристом к маминой калитке и теперь обещает разобраться с моей работой. Но официально — замужем. Бумаги вообще иногда очень жестокие. В жизни у тебя руины, а в анкете аккуратное слово из семи букв.

Я написала.

Замужем.

Почерк получился кривой.