Книга С праздником! 8 Марта. Рассказы о любви, страница 31 – Елена Арсеньева, Дарья Донцова, Юлия Набокова, и др.

Зачем я тогда это фиксирую? По привычке? Графомания неизлечима? Взять и из вредности, раз они не читают, выложить где-нибудь! Пусть люди читают и комментируют. Сейчас, я смотрю, массово переходят в Фейсбук. У меня там друзей почти шестьсот человек, из них одноклассников, думаю, пятнадцать, ещё человек десять просто наших с Мурой и Папоровой общих знакомых. Но чтобы кто-то комментировал нашу историю… Вот почему-то не могу.

А на просторах Фейсбука тётки сегодня поздравляют друг друга цветами и котиками, жалуются и ругают совковый праздник, который надо убрать из календаря, подлизываются дяденьки, аккуратно втираются рекламы. Всё то же самое, но прикольно. Можно не отрываться от дивана, смотреть в айфон и быть в курсе.

Так что я предложила Маргарите и Насте устроить конференцию. Будем сидеть каждая у себя дома, видеть друг друга, разговаривать, чокаться с экранами и не напрягаться утомительной поездкой, уборкой после гостей и так далее.

Я поставила свой айфон на подставку. Принесла коробку пирожных, большую кружку чая и нарезанный ананас – чтобы не так потолстеть от съеденного. Ха – Папорова стала блондинкой! А за спиной Муры пробежал муж, помахивая лапкой.

Папорова сказала, что она в отношениях. Всё сложно. Отношения первые, и отношения вторые. Происходят параллельно. Одни отношения живут с ней в её новой квартире (старую она продала и положила деньги в банк). Другие отношения моложе первых на одиннадцать лет, её саму на десять, хороши собой, москвичи, верны, но небогаты. Тогда как первые горят желанием покорить Москву и корыстно использовать в этом Папорову Анастасию. Она это чувствует. Но они дарят ощущение стабильности, надёжности – за что и взяты под крышу родного дома. Эти отношения подарили цветы и серьги, уехали по делам до вечера. За это время нужно встретиться со вторыми отношениями, так что скоро Папорова будет собираться.

Мурочка предлагала на следующий год встретиться обязательно в ресторане, обязательно вместе со своими мужчинами – чтобы получилась большая шумная компания, ведь какая разница, что праздновать, главное – вместе, потому что нет ничего приятнее общения, потому что можно не успеть, ведь люди смертны… Даже всхлипнула. Муж, который тут же примчался, её успокаивал, холил и лелеял, по лицу Папоровой было видно, что она сейчас вот-вот выключит всё на фиг. Мура успокоилась. Мы по-обещали встретиться. Ах ты, Мурочка.

Но я реально не хочу встречаться. Перед Мурой было стыдно. Зачем наобещала? Вот они, все эти братства, традиции и клятвы. Тошные невыполнимые обязательства.

Или это просто вообще радость от этого всего кончилась, а общение, которое не по работе, стало бессмысленным?

Ночью в квартиру ввалились мои неугомонные родители – из гостей. Хохотали, шикали друг на друга, уронили в кухне табуретку. Почему им весело? Толстые шерочка с машерочкой. Плохо, что я у них одна. Им бы, по-хорошему, нужно было завести ещё пяток таких же жизнерадостных позитивных потомков – и тогда этим позитивом они бы поделились с пятью людьми. Те вовремя и удачно женились бы на ком-то. Получилось бы ещё пять дружных семей. А тут только я…

Надо погуглить, кто такие шерочка и машерочка.

Любовь не может пройти. Страсть никуда не девается. Если это сердечная страсть, в смысле душевная. А не физиологическая. Та – да. Та проходит, и никто её за это не осуждает. С ней всё понятно.