Книга Котики и кошечки, страница 58 – Елена Арсеньева, Дмитрий Емец, Елена Усачева, и др.

Можно было констатировать, что из всех известных их цивилизации миров этот являлся первым, столь уникально повторившим климатические условия прекрасной Мигусии – родного дома, который они все так любили и над которым теперь нависла страшная угроза. Разумеется, имелись и кое-какие отличия, но они были незначительными.

«Хм… Наши умники-астрономы не ошиблись: этот мир – настоящее чудо. Теперь главное – выполнить задание», – подумал Г-Ряо.

Откинув шлем скафандра, он вдохнул свежий прохладный воздух, столь выгодно отличавшийся от отфильтрованной дыхательной смеси внутри их корабля. Чувствуя, как воздух вентилирует его легкие, он оглядел горизонт, сереющее небо и кромку леса, справа от которой проступали корпуса блочных пятиэтажных домов. Над планетой едва занимался рассвет – не самое удачное время для второй части их миссии, требовавшей яркого дневного освещения.

— Советую часа два или три отдохнуть. Вскоре нам предстоит тяжелая работа, – сказал Г-Ряо.

Его «совет» прозвучал почти как приказ. Сам капитан свернулся рядом с ракетой и, положив недалеко от себя заряженный лучеметатель, закрыл глаза. Определив по особым вибрирующим звукам, что Г-Ряо в самом деле спит, Г-Бать и Г-Шпой позволили своему возмущению вырваться наружу.

— Старикан совсем спятил! Мы пролетели двенадцать парсеков за двести часов, а что сделал он! Устроил нам выволочку! – прошептал Г-Бать, сверля зелеными глазами спину капитана.

— Ты что, не знаешь? Он скорее съест свою фуражку, чем хоть на йоту отступит от устава, – ответил Г-Шпой.

Пилот и штурман помолчали, вглядываясь в сереющее небо планеты. Потом заговорили о том, что было для них действительно важно.

— Думаешь, земляне станут нашими союзниками? – спросил Г-Бать.

Г-Шпой особым образом выгнул спину, что у мигусийцев означало седьмую из десяти градаций сомнения.

— Кто знает? Главное – правильно рассказать им об угрозе, которую представляют собой джингли!

— Джингли… фррр… сама мерзость! – содрогнулся штурман.

— И не говори. После того как им удалось заманить в ловушку и уничтожить наш третий и седьмой звездный флоты, они прижали нас по всей Вселенной. Эти ублюдки не желают идти на перемирие. Они не щадят даже раненых. Они не успокоятся, пока последний мигусиец не исчезнет, – с негодованием сказал Г-Шпой.

— Думаешь, сюда они еще не добрались? Их корабли быстрее наших! – озабоченно откликнулся Г-Бать.

— Едва ли. Слава Казаркосу, наша навигация – лучшая во Вселенной. В этом мы пока их опережаем.

Пилот и штурман снова замолчали, чутко вслушиваясь в предрассветные шорохи. Разговоры о джинглях, которых они ненавидели, всегда приводили их в беспокойное состояние.

— Пожалуй, я все же вздремну! – сказал пилот.

— Ты спи, а я покараулю! – кивнул Г-Шпой.

Г-Бать заснул, а Г-Шпой положил голову на приклад лучеметателя и задумался.

Феноменальное ощущение времени, выпестованное долгими годами службы на военном флоте, позволило капитану Г-Ряо проснуться ровно через три часа. Г-Ряо открыл глаза и огляделся. Он увидел, что Г-Бать беспокойно ворочается во сне и даже уставший Г-Шпой дремлет, держа две передние конечности в углублениях лучеметателя.

Секунду поколебавшись, Г-Ряо разбудил экипаж. Г-Шпой и Г-Бать заморгали от яркого утреннего света. Звезда, название которой им еще предстояло узнать, уже поднялась над линией горизонта примерно на десять градусов.