Книга Котики и кошечки, страница 44 – Елена Арсеньева, Дмитрий Емец, Елена Усачева, и др.

— Поехали!

Лицо у Артема после душа красное. Отводит глаза. По тому, как хмурится, видно, что еще не отошел, злится.

— А завтрак? – вскочила Лика. – Стаська еще не проснулась!

— Проснется, – буркнул Артем, натягивая свитер. – Побуяньте без нас. Пора нам.

Кася выглянула из детской, посмотрела наверх, в глаза. Артем не заметил. Наклонился за ботинками.

— Приезжайте еще, – неуверенно приглашала Лика. – Мы презентацию другого фильма устроим.

— Ты устроишь…

Инна зажмурилась. Ничего, ничего, это пройдет.

На улице было холодно. Воздух застыл. Проезжающие мимо машины резали замерзшую действительность.

Артем бросил рюкзак на заднее сиденье машины, постоял, глядя через дорогу. Там строился дом. Площадка была обнесена забором, на ветру покачивал макушкой подъемный кран, тарахтел отбойный молоток.

— Весело им тут будет жить под грохот стройки, – произнес Артем и протиснулся на свое место.

Машина выбиралась из переулков. Ехали дворами, оставляли большие улицы в стороне. Река, эстакада. Город плыл за спиной. Машина рвала пространство, выбираясь на свободу трассы.

Артем молчал. Смотрел на дорогу, зло хмыкал, когда машина перед ним совершала неловкий маневр.

Лес наступал на дорогу, клонил заснеженные ветки. Пролетели Ростов. Мелькнули купола Кремля. Эхом отзвучала: «Маруся от счастья слезы льет…»

Поля отжали лес от дороги, нависли тяжелыми, пегими от подтаявшего снега холмами.

— Заедем чаю выпить? – предложила Инна. – В монастырь.

— На заправке, – буркнул Артем.

Шуршали колеса, постукивали на ямках и трещинах.

— Там чай вкусный. Заедем.

— Да тебе на любой заправке чай сделают!

Инне вновь на память пришла кошка. Глазастая, с торчащими ушами. Заволновалась. Так бывает – ничего не происходит, но в душе рождается тревога. Надо заехать, чтобы во всем разобраться. Что-то много кошек вокруг стало.

— Хочется там, – произнесла еле слышно.

От раздражения Артем рыкнул. Машина прибавила скорости. Засвистел ветер в чуть приоткрытое окно.

Впереди показались дома Переславля-Залесского. Инна выжидающе посмотрела на Артема. Он жал губы. Включил сигнал поворотника и съехал с трассы.

Машина прокралась вдоль лотков. В зоне парковки стояли всего две легковушки.

— Тут еще закрыто, наверное, – сказал Артем с удовольствием.

Он шагал к низкой арке входа. Инна оглядывалась. Морозный воздух как будто тревожно звенел. Ни кошек, ни ворон. Из монастыря слышалось гавканье собаки.

Конечно, ей все показалось. Никакие знаки кошки ей не давали. Попалась одна любопытная, которая зачем-то засунула голову в закрывающуюся дверь. Ее, наверное, сюда привезли на машине, вот теперь она и запрыгивает в салоны. Ко всем запрыгивает, хозяев ищет. А то, что Артем после этого согласился ехать на Синий камень – простое совпадение. Руки действительно надо было вымыть. Балованная Кася у Лики дома обалдела от людей, от того, что они шумные, ходят, не дают ей спокойно лежать, вот и выбрала для своей мести сапоги. Новенькие. Еще пахнущие магазином и картоном коробки. Никто Инну вчера не спасал, не направлял, не подсказывал путь.

Инна торопилась за Артемом. За кустами вдоль монастырской стены пробежала палевая псина.

Кафе было летним. Натянутый полиэтилен слегка спасал от холода. За дальним столом сидели четверо в объемных черных куртках. Артем посидел над тарелкой супа, прислушиваясь к их разговору.