Книга Свадьбу делать будем?, страница 152 – Елена Усачева, Юлия Климова, Алиса Лунина, и др.

— Ирочка и Митя, от души поздравляю вас! Будьте счастливы, мои дорогие, обязательно берегите и любите друг друга! – донесся восторженный женский голос, и зал дружно загудел.

Теперь я знала имена молодоженов, довольная улыбка рвалась на свободу, но я не стала раздражать собеседника еще больше. Не сейчас. Немного позже.

— Для начала предлагаю познакомиться, – ответила я, игнорируя все полученные вопросы. – Мне кажется, это упростит наше общение, а оно, похоже, будет не из легких. Наталья Андреевна. – Я чуть кивнула, замолчала и, ставя первую отточенную запятую, обещающую обязательное продолжение, улыбнулась. Вот теперь можно и даже нужно.

Небрежно отправив вилку на стол, подавшись вперед, он прочеканил свое имя и прищурился, будто пытался пробраться в мой мозг и прочитать все личные тайны:

— Сергей Викторович.

— Похоже, вы не слишком довольны этим браком.

— Я? – Он криво усмехнулся и устремил взгляд на молодоженов, получавших подарки и поздравления. На специальном столике уже высилась гора ярких коробок, а вазы, перегруженные цветами, выстроились в ряд, соревнуясь, какая из них толще и ярче.

— Ира и Дима прекрасная пара, посмотрите, как они смотрят друг на друга, – нарочно с легкостью произнесла я, не сомневаясь, что слова упадут на раскаленную душу-сковородку, точно очищенные тигровые креветки в кипяточное масло. И зафырчат, зашипят, зарумянятся почти мгновенно. – Давно я не видела такую счастливую пару.

Серые глаза Сергея Викторовича вспыхнули металлическим огнем (да как она посмела!), губы сжались. Откинувшись на спинку кресла, он скрестил руки на груди и, подчеркивая каждую фразу, произнес:

— Наш отец умер давно, а вот мама – пять лет назад. И я Ирку растил один все эти годы. Не надо мне рассказывать, какой замечательной будет ее жизнь с этим прыщавым студентом, мечтающим стать великим ветеринаром. Я сразу понял, что ничего толкового из него не выйдет. Одного взгляда достаточно. Чудо лопоухое… Ира достойна большего, и это мое нерушимое мнение.

— Она достойна любви, Сергей Викторович, – быстро ответила я без примеси темных крупиц мести и добавила: – И сейчас ее глаза светятся. И его, кстати, тоже. А еще предлагаю включить объективность и честность. Дима немного лопоух, да. Но прыщей у него нет. Ни одного.

Можно ли сомневаться в искренности чувств взволнованных и смущенных молодоженов? Конечно нет. Хрупкая рыженькая Ирочка смотрела на брата и будто умоляла: «Ну прости, прости, прости, я так его люблю… Разве ты не видишь, какой он замечательный? Самый лучший! И не нужен никто другой. Я просто умру, если ты заберешь у меня это счастье».

— Кажется, я в этой суматохе наткнулся на истинную защитницу. – Я схлопотала вторую усмешку. – Вы не сказали, кем ему приходитесь.

— Вы просто не дали мне такой возможности. И какая разница? Что это изменит? – Превратившись в скользкую бледную устрицу, не желая откровенно врать, я умело ушла от ответа. – Вы ревнуете, вот и все. Раньше вы занимали слишком много места в жизни сестры, а теперь она пойдет своей дорогой, и другой человек станет поддерживать ее в горе и в радости. Впрочем, в вашей поддержке она тоже всегда будет нуждаться.

— Мне не требуется психоаналитик.

Наши взгляды скрестились, и я сделала попытку растопить глыбы льда в глазах Сергея Викторовича, но айсберги лишь повернулись другой стороной и засверкали, продолжая источать возрастающий холод.