Книга Странная женщина, страница 123 – Татьяна Тронина, Елена Усачева, Елена Нестерина, и др.

— Виталий. – И тут Лидино сердце снова дало сбой. Ведь она вернулась, словно примагниченная тем самым взглядом из-под чёлки цвета спелой пшеницы. Мозаика сложилась. Судьба.

Удивительно, но Лиде было легко и спокойно в компании этих незнакомых мужчин. Она вместе с ними смеялась, понемногу пила сладкое вино, которое купили специально для неё, только сердце каждый раз больно толкалось в груди, когда её глаза случайно встречали взгляд Виталия. Впрочем, он почти не смотрел на неё, увлечённый общением с друзьями. Из их разговора Лида поняла, что почти все они живут в разных городах и эта встреча – чуть ли не первая после их армейской службы.

Потом вдруг откуда-то появилась гитара, и веселье достигло своей наивысшей точки. Её передавали из рук в руки и от души горланили, поодиночке и хором, все, а потом: («Уезжают в родные края дембеля, дембеля, дембеля. И куда не взгляни, в эти майские дни всюду пьяные ходят они»), что-то из современной эстрады и даже частушки, которые, правда, заставили Лиду слегка покраснеть и испытать некоторую неловкость.

— Всё, ребята, – неожиданно взмахом руки прервал шумный гомон Алексей, тот самый, с веснушками. – Виталь, теперь твоя очередь, спой свою любимую.

— О, точно, давай, – с готовностью поддержали остальные, а кто-то тихо добавил:

— Правда, мне от неё в Афгане иной раз выть хотелось.

— А я сейчас, когда её пою, наоборот, вспоминаю Афган, – задумчиво сказал Виталий, осторожно проведя рукой по струнам.

Он произнёс это с сожалением и даже каким-то едва уловимым отчаянием. Впрочем, возможно, Лиде только так показалось, потому что уже через мгновение Виталий улыбался. Поддразнивая друзей, он нарочито медленно наиграл мелодию про веселых гусей, потом «В траве сидел кузнечик», затем что-то энергичное и завораживающе прекрасное в стиле фламенко.

— Слышь, парни, старлею больше не наливать. – Черноглазый Александр, тот, с забавными усиками, демонстративно отставил стакан Виталия в сторону. – Он игнорирует просьбы ближних. Я так чувствую, дальше в репертуаре «Танец маленьких лебедей» и опера «Жизель»?

— Ладно, ладно, – рассмеялся Виталий. – Я понял.

Он коснулся пальцами струн… и вдруг стало очень тихо, словно все эти люди и вправду разом перенеслись туда, в далёкий, неизвестный Лиде Афганистан, памятью о котором они, похоже, по-настоящему дорожили. И музыка, плавные негромкие переборы, казалось, возникла из этой тишины, а потом зазвучала песня:

Едва он закончил петь, как крупные тёплые капли медленно, а потом всё быстрее застучали по столу, по дорожкам, по плечам и спинам сидящих.

— Правда, дождь, – растерянно проговорил кто-то. – Старлей, что ты натворил? Прекращай немедленно!

— Нет уж, сами просили, – рассмеялся Виталий.

— Тут рядом, в киоске, музыку крутили. Пойду попрошу сделать погромче, – сорвался с места Алексей. – Будут танцы под дождём.