Онлайн книга «У нас будет ребёнок!»
|
— Слушай! Лизавета! А ты часом не беременна?! – Татьяна прищурила карие глаза, пристально вглядываясь в лицо подруги. — А то ты забыла, что у меня бесплодие, что мне даже ЭКО не помогло, да и когда это было! — А вдруг? – настаивала Татьяна. – Говорят, ближе к сорока у женщин взрывается гормональный фон, и вероятность забеременеть увеличивается. Ты ведь не предохраняешься? — Да мне и незачем предохраняться, – усмехнулась Лиза, угнездясь в кресле удобнее. – Ты знаешь это не хуже меня. И месячные у меня недавно прошли. А тошнота… я выпила днем несколько таблеток активированного угля, уже получше стало. — Ты бы все же сходила к врачу, как вернешься в город! — Да ну их, врачей. Даже думать о них не хочется. — Ладно, о них ты потом подумаешь. Ты про себя скажи: если подтвердится беременность, ведь будешь рожать?! Лиза посмотрела на подругу, будто видела ее впервые: вьющиеся волосы широко разметались по плечам, как у юной девушки; молодила и худощавая фигура, и подвижность, звонкий девичий голос. И только лицо Татьяны выдавало ее возраст. Кожа была суховата, серые тени лежали под глазами, и резко обозначились глубокие складки, бегущие от носа ко рту – только постоянная улыбка и скрывала их. Но сейчас Татьяна не улыбалась. Долгий день, утомительная дорога, стычки с Димасиком клонили ее ко сну, и она зевала, даже не закрывая рот рукой. Лиза сочувствовала подруге, но сама не хотела бы оказаться на ее месте. Не важно: беременна она или нет. Да, было время, она мечтала о ребенке. Но теперь они с Севой привыкли к размеренному укладу жизни, и перемены страшили ее. Преодолевая неловкость и плотнее укутываясь в плед, Лиза тихо спросила: — Таня, а если бы ты знала, что у тебя родится такой сложный ребенок, ты бы оставила его? — Лизок! Ты о чем?! Это ведь моя кровинушка, мой зайчик, моя радость! Знаешь, я весной гриппом болела, три дня встать не могла, так он мне чай кипятил, яйца сам варил – ухаживал за мамочкой! — А мне сдается, что от его выходок и заболеть можно! Твой Димасик – полный беспредельщик! — Не говори так, Лизок. Он бывает и ласковым иногда. Недавно ходили с ним в железнодорожный музей, так Димасик меня расцеловал при всех и сказал: «Мама Туся, я тебя очень люблю!» Смотрительница музея прямо прослезилась, глядя на него. Какой, говорит, чудесный у вас мальчик! Лиза смутно догадывалась, что материнская любовь – это что-то выше ее понимания. Так расхваливать неуправляемого эгоистичного подростка могла только мать! Бледно-розовое свечение на горизонте медленно угасало, и постепенно сгущались сумерки. Затихли птичьи пересвисты в соседнем лесу, и лишь где-то в отдалении лаяли собаки. — Пойдем спать, – не выдержала Татьяна. – У меня сил уже не осталось! Только ты ведь так и не ответила на мой вопрос: оставишь ребенка? — Ничего я не знаю, Танюша. Я даже не знаю пока, есть ли беременность! Но баиньки и вправду пора! Представляю, как нам с тобой сейчас придется Димасика за уши от компьютера оттаскивать. Два часа сидит, как прикованный, даже в туалет ни разу не выбежал. Женщины вошли в комнату. Открытый ноутбук с погасшим черным экраном лежал на столе, а мальчик уже спал, одетый, на диване. — Умаялся, зайчик, – с любовью глядя на спящего сына, констатировала Татьяна. – У вас здесь воздух волшебный, кругом хвоя, так что даже моего героя озон с ног свалил! |