Книга Ангел скорой помощи, страница 76 – Мария Воронова

Каким-то образом, не сговариваясь, они оказались в парке Ленина.

Ян купил два эскимо, с неожиданным для своих зрелых лет интересом заглянув в недра ящика мороженщицы, где дымился сухой лед. Ах, какой праздник был в детстве, когда удавалось спереть кусочек и бросить в лужу… Как там все здорово начинало кипеть и бурлить! Константин Петрович наверняка не делал ничего подобного в чопорные дни своей юности, наполненные смыслом и пользой.

— Значит, ты одобряешь браки по расчету? – спросила Соня, смеясь.

— Для себя нет. Но если они оба хотят, то что делать? Не ложиться же поперек порога?

— Ну да. Свою голову не приставишь. – Сонино мороженое начало таять, и она, откусив немного, выбросила его в урну. Ян отправил туда же свое.

— Куда катится мир, – сказал он с нарочито стариковской интонацией, – всю жизнь девушки мечтали о любви, а теперь что? Одна выходит замуж по расчету, другая не выходит из принципа… Прямо не знаешь, что и делать!

— А ничего не делать, просто привыкать! – выпалила Соня с азартом. – Правда, Ян, мир меняется, и женщина все чаще выбирает себя.

— Ясно.

— Такова суровая реальность. Пройдемся?

Ян взял Соню за руку:

— Давай.

Миновав главные ворота и детскую площадку с черепахой из красного гранита и горкой, сделанной в виде слона, они оказались в настоящем лесу.

Еще не начало темнеть, но на землю спускался стылый осенний вечер. На пожухлой траве лежала пелена тумана, и от прошедшего недавно дождя пейзаж казался акварелью с иероглифами черных облетевших деревьев.

Во влажном воздухе звуки разносились далеко и гулко. С залива слышался плеск волн и корабельные гудки, где-то вдруг надрывно и хрипло каркнула ворона, и Яну сделалось немного не по себе.

Он покосился на свою спутницу. Соня улыбнулась.

Никого не было поблизости, Ян обнял ее и поцеловал. Губы Сони были холодные и влажные.

— Ты замерзла? – Он быстро расстегнул куртку и закрыл Соню. – Засунь руки мне под свитер.

Она послушалась, и Ян чуть не заорал от обжигающе-ледяного прикосновения, но сдержался.

— Пойдем обратно?

— Постоим. Так хорошо…

Они снова поцеловались. Ян прижимал Соню к себе крепко, как только мог, чтобы согреть.

— Ты выбираешь себя, а я выбираю тебя, – сказал он хрипло, – видишь, как удачно совпало.

Соня поцеловала его и отстранилась:

— Давай возвращаться?

— Пойдем.

Ян обнял ее за плечи, стараясь накрыть полой куртки, как крылом, хоть понимал, что тепла от этого будет не много.

Колдунов не сообразил, что Соня, как автомобилистка, одевается легче, чем он, и замерзла гораздо сильнее, поэтому главное сейчас добраться до машины, все разговоры потом.

Он ускорил шаг, и остаток пути они почти бежали.

Лишь сев в машину, он заметил, что стемнело, за стеклом воцарились темные осенние сумерки с редкими кляксами фонарей.

Соня энергично растирала руки. Ян взял ее кисти в свои и подышал, потом снова засунул себе под свитер.

Они опять поцеловались. Ручка переключения скоростей очень мешала, Ян боялся, что если заденет ее, то сломает что-нибудь в автомобильном устройстве, поэтому был осторожен.

— Странные мы люди, – сказала Соня, – оба живем самостоятельно, а обжимаемся по углам, как дети.

— Поехали ко мне.

— При Косте неудобно.

— Выставлю его за дверь. Пусть идет к невесте, в конце концов.