Книга Здравствуй, сестра!, страница 73 – Мария Воронова

— Но я же не собираюсь воевать, как Жанна д’Арк, — рассудительно возражала Элеонора. — Я просто буду работать там, где во мне нуждаются. Вчера Константин Георгиевич говорил, что ему очень меня не хватает.

— Ума ему не хватает, вот чего! — застонала Титова и выбежала из кабинета.

Пожав плечами, Элеонора продолжила готовиться к предстоящей операции с Демидычем.

Через несколько минут вернулась Титова, за руку она тащила крайне смущенного Воинова.

— Это что же вы надумали, Элеонора Сергеевна? — начал он. — Немедленно выбросьте эту глупость из головы!

— В вашем лазарете нет операционной сестры, Константин Георгиевич. Я буду работать с вами, и вы сможете спасти больше людей. Разве это не так?

Он посмотрел на нее с ужасом.

— Так это или не так, я не позволю вам рисковать своей жизнью! Вы еще ребенок и не можете самостоятельно отвечать за свои поступки!

— Я не ребенок, — не повышая тона, сказала Элеонора. — Я хорошая операционная сестра, и вам это известно. Я с отличием окончила курсы, и теперь меня с радостью примут в любом военном госпитале. Если вы не возьмете меня с собой, я найду другое место, и никто не запретит мне устроиться на службу туда, куда я хочу.

— Элеонора Сергеевна, перестаньте наконец! — раздраженно произнес Воинов. — Поговорили, и хватит.

— Как вам будет угодно. — Отвернувшись от него, она раскрыла историю больного, которого предстояло оперировать.

— Нет, ну ты посмотри на эту упрямицу! — воскликнула Титова. Подскочив к Элеоноре, она в сердцах вырвала у нее из рук историю болезни и швырнула на стол.

От неожиданности девушка на мгновение смутилась, и тут в кабинете появился Демидыч.

— Что здесь происходит? — поинтересовался он, привычным взглядом окидывая кабинет в поисках спирта.

— А то происходит, что Элеонора наша Сергеевна на фронт собралась! — крикнула Александра Ивановна. — Вот ему помогать! — Локтем она так толкнула Воинова в бок, что тот пошатнулся.

— Значит, ты всерьез решился в своем лазарете животы оперировать? — прищурился Демидыч. — Ну что, с такой сестрой, может, и справишься.

Воинов посмотрел на Демидыча с ненавистью.

— Вы представляете себе Элеонору Сергеевну на фронте? — зло спросил он.

— А что? Фронт не бордель…

Элеонора вспыхнула. Демидыч, убедившись, что спирта нет, немного потоптался у двери и вышел.

Воинов повернулся к Элеоноре.

— Вы покраснели от слова «бордель», — грубо сказал он. — А знаете ли вы, какие слова произносятся там, куда вы собираетесь ехать?

— Наверное, такие же, которые произносят во время операций некоторые хирурги. Поверьте, у меня было достаточно времени, чтобы к ним привыкнуть.

— О Боже! — Воинов схватился за голову. — Но как вы вообще представляете себе жизнь в полевых условиях? Ведь хорошо, если лазарет базируется в городе или поселке, даже на хуторе! Но иногда приходится разворачиваться прямо в лесу! Мы ставим палатки, спим на земле. Грязь, помыться толком негде. Кто, простите, вам будет корсет шнуровать?

— Я одеваюсь без посторонней помощи, — отрезала Элеонора.

Приняв решение, она не собиралась менять его, как бы ни пугали ее Титова и Воинов.

Конечно, грязь — это ужасно, но ведь сам Воинов, приехавший с фронта, не выглядел как человек, три месяца не знавший мыла. Он был аккуратно выбрит и пострижен, его мундир тоже был в приличном состоянии. Раз он смог содержать себя в порядке, то почему этого не сможет она?