Книга Утопающий во лжи 15, страница 100 – Лев Жуковский

Сражение же, чем дальше, тем сильнее изматывало силы воинов, которые, не обладая высокой выносливостью и уже с трудом удерживали оружие в руках. Наверное, только поглощённые очки Системы и раскаты грома от разрядов молний, не утихающие казалось ни на минуту, как барабанная дробь, поддерживали в них силы, не давали сломаться окончательно.

Да и мы с Тикасом делали многое для спасения их жизней, сражались как дикие звери, как демоны, не жалея себя. Я, наверное, уже с десяток раз перемещался в тыл, быстрыми прыжками по крышам, скрытными перебежками через дома и отбивал нападение очередных Ратников или Лазутчиков Е ранга. Либо выжигая их разрядами молний с расстояния, либо принимая удары шипов в стальной щит, забивал Лазутчика в ближнем бою насмерть.

С Ратниками было и проще, и сложнее одновременно. С одной стороны, и покрутиться вокруг них приходилось изрядно. Особенно когда эти твари уже успевали ворваться в ряды наших воинов, пытаясь раздавить их своими лапами-щитами. Обычно стоило им зайти в тыл, где хитиновая броня слабее, где сочленения видны куда явственнее, и забраться на спину цепкими лапами. Каких-то десять ударов сердца, максимум пятнадцать и тщетные попытки сбросить меня заканчивались тем, что до центрального нервного узла я таки успевал добраться.

Тикас же, серьёзно увеличившись в размерах после изучения особенности Гигантизм, став почти вдвое крупнее, мог эффективно только трутней давить в ближнем бою массой, словно тот же Ратник, может только более манёвренный. Маны же ему однозначно не хватало, чтобы на постоянной основе пользоваться ни заклинаниями, ни магической винтовкой. Хорошо хоть я мог по мере накопления маны поддерживать его с помощью другой артефактной винтовки, выданной господином Журеком из личных запасов.

Хотя как раз эти чудовищной силы разряды молний, когда Тикас всё-таки стрелял, не только лишь максимально эффективно выжигали головы и тела, тех же Ратников и Пожирателей, особенно когда он действовал с близкой дистанции, стреляя наверняка. В итоге и ударной волной в один миг дезориентировали сотни трутней вокруг, оглушали их заточенное на звук восприятие. Позволяя расстреливать их из луков нашим воинам, можно сказать, неподвижные мишени.

Опять же, Тикас научился очень ловко пользоваться массивным стальным щитом, ростом с него самого, толщиной в пару пальцев точно и защищаться от атак Лазутчиков максимально эффективно. Прикрывать себя и товарищей, превращаясь словно в живую башню.

Вот правда только всё это не отменяло того горького факта, что твари атаковали нас практически беспрерывно, волна за волной, казалось, что они обезумели. Вынудили тем самым растянуть фронт на несколько вёрст, в слишком тонкую линию, в которой появилось чересчур уж много брешей. В итоге мы с Тикасом просто физически не могли успеть везде, и наше подразделение постоянно неизбежно несло потери. Пусть пока даже просто ранеными, у кого были перекушены, сломаны кости, рваные раны, и даже ожоги кислотой, но в итоге пострадавших бойцов в лучшем случае только через день-другой удастся поставить в строй снова.

Всё же доспехов добротных, в отличие от оружия, которого хватало с избытком, было категорически мало. Очевидно, что на две тысячи гоблинов брони не хватало. Хотя какая броня, тёплой одежды по размеру не на всех хватало и гражданские оставшиеся в лагере уж точно походили в основном на пугало.