Книга Утопающий во лжи 2, страница 121 – Лев Жуковский

— А что Оцев, твоя жалкая жизнь ничего не стоит, или думаешь, в мире Айселор ты бы смог выжить в том остроге без моего предупреждения. А ведь двое погибших сотников, были куда старше и сильнее тебя. Ну так что, не заслужил я своей последней охоты — с большим трудом прохрипел я.

— Ах ты мерзкое отродье — яростно произнёс Оцев, подняв руку в мою сторону — не тебе говорить о цене за мою жизнь.

Но ударить заклинанием мой, теперь уже бывший сотник не успел.

— Не забывай Оцев, мы уже обговорили цену за этих солдат, не стоит портить их товарный вид — с издёвкой произнёс Нуйэрий.

И сотник, продолжая поливать меня всеми ему известными бранными словами, передумал убивать меня прямо сейчас. Да и зачем это делать, если так разобраться, древние личи, всё равно не оставят нас в живых, так или иначе.

Я же никак не отреагировал на яростную тираду Оцева, да и зачем мне это нужно, нас ведь так или иначе уже продали для опытов нежити. Поэтому замерев в одном положении, чтобы технодоспех выглядел, словно парализованное ядом тело, превратилось в подобие статуи, перестав подчиняться командам и функционировать. Броня замерла, якобы следуя последним движениям носителя. Ощущения внутри меня в этот момент, были не из лучших. Перед глазами всё сбивалось, и сознание пыталось рывками покинуть меня. Но пока этому ещё можно было легко сопротивляться. Впрочем, демонстрировать свои истинные возможности сейчас точно неподходящий момент. Это скорее вызовет нежелательные подозрения на мой счёт, хотя куда ещё больше. Для этих зажравшихся в своей власти тварей, что называют себя аристократами, нет ничего страшнее, чем неожиданная угроза, исходящая от своих приближенных. Этим они очень сильно напоминают пауков закрытых в одной банке. Любой готов вцепиться в глотку соседа, лишь почувствовав малейшую слабину в его обороне. Ведь остаться в банке должен, только один.

— Видишь, достопочтимый Нуйэрий, я тебя не обманул, из этого старика может выйти достойный воин твоей армии — уже совершенно серьезным тоном сказал сотник Оцев. Да и вид моего бывшего командира, разительно отличался от того что было перед моими глазами, всего мгновение назад.

— А вот мне кажется, ты решил обмануть меня — злым и совсем не дружеским тоном начал древний лич — у этого воина сильный дух, и он не сломиться даже после ритуала смерти и зачем мне такой проблемный воин. Своенравный, не в меру сообразительный, да ещё и с талантом. Это скорее проклятие для меня, чем благословение. Такой солдат, он через сотню лет и меня в могилу окончательно уложит сможет. И не боишься, если он при следующей вашей встречи, сюрприз тебе неприятный устроит. Так что с ценой, мне кажется, ты очень даже неправ за него.

— Ты конечно интересно разговор повернул, и похоже за многие века неплохо поднаторел играть словами, в этом вы торговцы всегда были мастера — так же тяжело и уверенно роняя слова, ответил сотник Оцев — но цена исчисляется только за личную боевую мощь. А поможет ритуал усмирить его разум или нет, это уже совершенно не мои проблемы. Я ведь могу и не отдавать его тебе. Надеюсь, ты это понимаешь.

— Хорошо, согласен, это уже не твои проблемы, да и образец редкий, что уж там говорить, может и рыцарь смерти даже получиться — конец фразы уже тихо совсем, произнёс древний лич.