Книга Утопающий во лжи 1, страница 115 – Лев Жуковский

Приближающуюся группу я увидел раньше всех, до них было чуть больше версты, когда они вырвались из густого подлеска. Их явно кто-то преследовал. Смысла информировать своих воинов о моем невероятном зрении не было никакого. Поднять тревогу я всегда успею, так или иначе. Сначала нужно понять от кого может спасаться бегством столь крупный отряд гоблинов. Буквально спустя минуту, следом за полусотней гоблинов, из леса стали появляться стаи нурглов. Сначала не много, но вот их количество явно перевалило за пару сотен. А полусотник различив отблески костра, уверенно, я бы даже сказал с новыми силами побежал прямо к нашему лагерю. У нас еще был шанс рвануть на север. Мои отдохнувшие солдаты легко смогут оторваться от преследования. Но думаю сейчас, не до конца разобравшись в ситуации, бросить укрепленную и довольно выгодную позицию, было бы слишком опасно. Может нурглы уже окружили всю эту территорию.

— Готовность, враг юго-запад — громко рыкнул я — маги, центр лагеря, барьеры поднять.

Леур и Таталем Со выскочили из палаток, кажется даже раньше приказа и уже поднимали вокруг нас защитный купол.

— Маги шары света вверх, бойцы луки на изготовку, стрельба по моей команде — рычал я не жалея легких.

Свет разорвал тьму вокруг холма и наконец, все увидели спешащих в нашу сторону союзников, а у них на хвосте бурлила живая река тварей. Оценить количество было сложно, но не меньше полутысячи голов, точно.

— Ну и не повезло же им — буквально шепотом сказал Чикир.

Но я услышал, и еще мне были четко видны наполненные ненавистью и страхом глаза Такула. Вместе с ним бежало от силы три десятка гоблинов. Для меня вообще не понятно, как они смогли вырваться и не полечь всем составом. Возможно, у полусотника был необычный навык, сродни ошеломляющей атаки волков, от которой противник замирает на несколько мгновений. Чикир был полностью прав, никто не станет опускать барьер, ведь это уменьшит его силу вдвое.

— Леур, не вздумай потратить на эту мелочь огненный шар, я лично убью тебя за неподчинение — прорычал я — ты меня понял.

Маг вздрогнул от неожиданно прозвучавших слов в полной тишине, но ответил.

— Господин десятник, будет исполнено.

Если бы он потратил наше единственное сильное оружие на этих тварей, то встретить того же гиганта мне было бы уже практически не чем. Тем временем полусотник смог обыграть меня, моими же картами. Обогнув защитный купол, они не стали занимать позиции и готовится к бою, а просто побежали дальше. Такого всплеска негодования среди своих солдат я никогда не видел, даже за свою долгую службу. Такул сделал то, на что мне не хватило смелости, или может порядочности. Бросить своих солдат на растерзание нурглам. Даже мелькнула мысль, пока он был в радиусе поражения моих стрел, пустить ему одну в затылок. Но если об этом узнают, то меня точно казнят. В независимости от того, предал нас полусотник или нет. Вдруг это был его тактический маневр.

— Огонь по готовности — взревел я.

Сам в этот момент, посылая одну стрелу за другой. Нурглам было тяжело бежать на холм, да и преследовали они гоблинов Такула уже, скорее всего, не первый час. Поэтому двигались довольно вяло. Я начал стрелять, когда твари пересекли рубеж в 300 шагов. Чтобы преодолеть такое расстояние им потребуется порядка 40 ударов сердца, примерно столько же стрел будет выпущено из моего лука. Когда нурглы продвинутся ближе, подключатся и мои солдаты. Конечно, если бы нас было на 30 гоблинов больше, то победа была вполне возможна. А сейчас это просто не укладывается в голове. Волна тварей, бегущая на тебя оскалив клыки. Крики и гомон такой массы приводили в ужас всех моих бойцов. Конечно в этой массе, по какой-то причине отсутствуют вожаки. Но это может быть временно и уже скоро они решат поучаствовать в общем веселье. Каждая моя стрела опрокидывала одного, а в него врезался бегущий сзади, что еще немного замедляло общее их продвижение. Но даже настолько эффективная стрельба не могла спасти мой десяток. И я решился, когда до барьера оставалось всего шагов 100. Команда прогремела над полем боя. Мне самому не верилось, что я произнес ее.