Книга Во власти иллюзии, страница 99 – Лев Жуковский

— Получается, ты даже не заметил в рядах своего полка рыцаря в продвинутой техномагической броне? — иронично спросил огромный нефилим.

— Я уверен в своих солдатах и рыцарях в том числе. И не слежу за их обмундированием, это их личное дело. Но да, я ещё не проводил личный осмотр и не общался с младшими офицерами. Собирался сделать это после получения распоряжений от вас, прошу простить, если по незнанию вызвал ваш гнев, — в этот раз я поклонился ещё сильнее, — прошу, назовите его имя, и все причастные понесут суровое наказание!

— Рыцарь Ирчин! — всё-таки зло буквально выплюнул Тарас Кровавый. — Ты хоть помнишь это имя?

— Да, господин, — произнёс я, а сам в этот момент повернулся в сторону выхода и гаркнул, — лейтенанта Малихова сюда, бегом!

Мы замолчали в ожидании офицера моего полка. Не прошло и минуты, как Жерар Скользкий уже стоял перед злыми очами генерала.

— Жерар, откуда у старого рыцаря Ирчина техномагический экзокостюм, это ты его приобрёл для своего подчинённого? — спросил я. — И что ты слышал о снижении премиальных за эту миссию от него? Живо отвечай!

Лейтенант всего миг приводил свои мысли в порядок и выдал скороговоркой:

— Костюм он купил сам, и стоит он порядка пяти Эргов, по его словам. Идентификация же выдаёт всего лишь 9 % целостности этого бронекостюма. Я слышал про этот хлам ещё несколько лет назад, его попросту невозможно использовать. При активации он каждый раз острыми иглами изрядно повреждает кожу. Господин Ирчин просто заранее выучил особенность Хитиновый покров, чтобы носить этот мусор. По поводу премиальных, по моим подсчётам, жаловаться ему уж точно не стоит. У него должно было выйти не меньше ста сорока Эргов. Такие результаты бывают крайне редко. Я даже удивился, что он не стал поднимать уровень, ведь он последние пару лет совсем постарел, а вкладывать в характеристику Живучесть он отказывается. Так вот, в эти увольнительные он поднял характеристику Силы до семи единиц. Много лет не распределял две наградные единицы параметров. Поэтому про премии разговор не поднимался, — бодро отчитался лейтенант Малихов, чувствуя, как тучи сгущаются над его головой, причём совершенно беспричинно.

Генерал Тарас Кровавый недовольно начал стучать закованной в техноброню перчаткой о край стола, явно что-то обдумывая. Затем он задумчиво протянул:

— Какой неправильный воин — и не побоялся же выучить такую особенность, теперь до конца жизни будет словно пугало, хотя, сколько ему там осталось? — переведя взгляд на лейтенанта, Тарас Обухов раздражённо взревел. — Вон отсюда! — после чего Малихов выскочил из кабинета быстрее молнии.

— Боюсь представить, насколько уменьшена была премия, — в растерянности тихо произнёс я.

Но генерал продолжал напряжённо думать и словно бы не обратил на эти слова никакого внимания.

— Раз он такой хороший рыцарь, тогда поставь его на остриё, на штурмовые позиции! — уже более весело произнёс Обухов.

— Господин генерал, вы назначили его на эту позицию в моём полку уже много лет назад. И до вашего особого приказа его нельзя было переводить в обычную вахтовую охрану, — чётко отрапортовал я.

— Так, так, так, — досадливо постучал пальцами по столу Обухов, — что-то такое припоминаю. Тогда назначь ему самых молодых воинов, пусть передаёт свой огромный боевой опыт нашим новобранцам! — злорадно улыбаясь, сказал он.