Книга Варяг I, страница 82 – Иван Ладыгин

Эйрик, благородный и прямолинейный воин, взбешенный этим издевательским хохотом, рванулся в яростную, неистовую лобовую атаку. Его ярость затмила ему разум, вытеснила всякую осторожность. Он занес свой топор для сокрушительного, финального удара, широко раскрывшись, вложив в него всю свою мощь и ненависть.

И это стало его роковой ошибкой. Бьёрн, будто только этого и ждал, сделал молниеносное обманное движение, подставив под удар свой уже изрешеченный, почти разваливающийся щит. Топор Эйрика с глухим стуком вонзился в него и застрял, на мгновение выведя ярла из равновесия. А топор Бьёрна в это время описал короткую, смертоносную дугу и вонзился Эйрику под мышку, в единственную щель между прочным кольчужным полотном и стальным наручем.

Эйрик замер. Удивление на его лице было почти комичным, нелепым на фоне всего этого ужаса. Он посмотрел на рукоять топора, торчащую из его тела, как будто не веря, что это вообще возможно. Бьёрн, все так же смеясь своим леденящим кровь смехом, выдернул топор одним резким, профессиональным движением. И добил его следующим, финальным ударом — точным и беспощадным — в шею.

Но с гибелью ярла боевой дух защитников не был сломлен. Каждый стремился попасть в Вальхаллу и уйти из этой жизни настоящим воином. Битва продолжалась до тех пор, пока последний человек Эйрика не рухнул наземь. Некоторых раненых, ослепленных яростью или отчаянием, добивали на месте. Адская мясорубка постепенно затихала, переходя в мрачную, методичную фазу зачистки.

Тишина, наступившая после битвы, оказалась в тысячу раз страшнее самого боя. Воздух все еще был густо пропитан дымом и тем самым знаменитым «запахом битвы», но теперь к нему добавился новый, еще более отвратительный запах — запах страха побежденных.

Пленных, тех, кто выжил, — человек сто, не больше: старики, несколько уцелевших, раненых воинов, женщины с пустыми, отрешенными глазами, — согнали в полуразрушенный и чудом уцелевший амбар. Бьёрн, счищая с лезвия своего топора кровь и куски плоти грязной тряпкой, кивнул в их сторону. Его собственное лицо было похоже на окровавленную маску.

— Рюрик… Иди туда, — его голос прозвучал хрипло, но повелительно. — Ты проницательный парень. И видишь больше, чем некоторые мои парни. Выдави из них всё: где зерно припрятали, где серебро ярлово, где оружие лишнее и где прячутся те, кто думает, что может отсидеться в стороне.

Я прекрасно понимал, что это была очередная проверка. Я взглянул на него — а сам увидел себя со стороны, будто в дурном сне. Я понял, какую сложную, многоходовую игру он ведет, и какую роль отводит мне.

Меня снова затошнило. Но я кивнул и вошел в этот амбар. Запах страха ударил в нос еще сильнее, почти вышибив слезу.

Люди сидели на грязном полу, сгрудившись друг к другу, и смотрели на меня — испуганные, затравленные, побежденные.

Мне пришлось быть жестким. Но мои методы были далеки от насилия. Я заглядывал им в глаза, стараясь не моргать.

— Эйрик мертв, — начал я. — Бьёрн — теперь ваш истинный ярл. Он заберет все, что найдет. Сам. И сожжет то, что не сможет унести, если ему покажется, что вы его обманули. И ваши дети умрут от голода будущей зимой. Или… — я сделал многозначительную паузу. — Вы мне покажете тайники с зерном. С серебром. С оружием. И тогда ваши дети переживут зиму. У вас будет шанс. У вас простой выбор.