Онлайн книга «Бремя власти IV»
|
Я решил влить в нее толику целительной энергии. Просто чтобы привести в боевое расположение духа. Я положил ладонь ей на спину, между лопаток, туда, где проходил энергетический канал, и отпустил тормоза. Тонкий сконцентрированный ручеек солнечной силы должен был хлынуть в ее истощенное тело, как глоток крепкого кофе. Но вместо ожидаемого русла я наткнулся на что-то невероятное. На какой-то странный и ослепительный свет! На маленький, но невероятно плотный, яркий и стабильный сгусток чистой, незамутненной жизни, пульсирующий где-то глубоко внутри нее, в самом нутре. Он был похож на крошечную, только что загоревшуюся звезду, затерявшуюся в тумане ее изможденного духа. Он был жив. Он был нов. И он был полон безграничного потенциала! Любопытство взяло верх. Я потянулся к этому свету, желая изучить его, сканировать, понять его структуру и происхождение. Это было похоже на то, как хирург проводит зондом по незнакомой ткани. И меня отбросило. Словно кувалдой ударили! Причем, не по телу, а по самой сути. Волна чистой, животворящей энергии, теплой и ошеломляющей, ударила в мое ледяное сознание. Я отлетел к противоположному поручню, с трудом удержавшись на ногах. Из носа хлынула струйка крови. Теплая и соленая… Валерия в шоке обернулась, ее глаза расширились от страха и полного непонимания происходящего. — Николай⁈ А я… Я просто обомлел. Дикая и невозможная мысль молнией пронзила мой пустой череп… Она была беременна. Она вынашивала моего ребенка. И этот ребенок… эта крошечная, только формирующаяся душа… она ощутила мое ледяное, бездушное и аналитическое прикосновение. И ответила… Простым чистым и мощным импульсом жизни. Прикосновением. Ты не чужой. Ты свой. Папа… И в этот момент что-то щелкнуло у меня… Прямо за грудиной, в том самом месте, где все это время зияла пустота, оставленная Спящим. Мозг обожгло раскаленной лавой. Целой вселенной чувств, хлынувших обратно в мою окаменевшую душу, смывая слои льда и праха! Сопряжение двух душ — моей, древней, искалеченной, повидавшей крушение империй и смерть богов, и этой, новой, сияющей, непорочной — не прошло бесследно… Оно стало катарсисом. Я уже знал… Я видел ее всем своим существом, каждой вновь ожившей клеткой. Девочка. Платиновые волосы, доставшиеся от матери. Янтарные глазки — мои, но более теплые, живые. Хитрый, умный, озорной взгляд, в котором читалась беззвучная, но отчетливая улыбка. Она словно материализовалась передо мной на мгновение, щелкнула меня по носу и рассмеялась. Мол, папаша! Что за дела? Почему ты такой бесчувственный, а? На! Держи обратно часть моих душевных сил! Хватит ходить в сосульках, пора оттаивать! И я оттаял… По-другому и быть не могло! Я снова стал чувствовать. Горячие, долгожданные слезы хлынули из моих глаз, потекли по щекам, смешиваясь с кровью из носа. Дыхание сперло. Горло сжал спазм, и я подавился рыданием. Мир вокруг поплыл, заискрился, наполнился красками и звуками, которые я не слышал и не видел неделями. Я почувствовал тревогу своих людей и оглушительный, всепоглощающий стыд. — Николай? Что случилось⁈ — взволнованно крикнула Валерия, делая шаг ко мне. Я поднял на нее взгляд. И впервые за долгие недели действительно УВИДЕЛ ее. Не как союзника, не как тактическую единицу, а как женщину. Напряженное, осунувшееся, прекрасное лицо. Глубокие тени под глазами от бессонных ночей и постоянной тревоги. И тот самый, скрытый под маской усталости и страха, еле заметный свет. Свет материнства. Свет нашей дочери. |