Книга Бремя власти II, страница 44 – Иван Ладыгин

Я на всякий случай еще раз проверил маскировку в зеркале… Темные волосы, серые глаза — все было на месте. Ничего общего с рыжим белоручкой Николаем. Я открыл окно. Холодный ночной воздух ударил в лицо. Я кольнул призрака магией, поделившись с ним энергией. Соболев аж подпрыгнул от удовольствия и набросился на книги. А мой взгляд метнулся вниз. Я спрыгнул и превратился в тень.

Первым делом я хотел проведать Степана. К нему я и отправился. И уже через полчаса я был на месте.

Берлога встретила меня грохотом молотков, запахом свежей стружки и карбида от сварочных аппаратов. После вчерашней ночи все здесь было похоже на поле боя, которое спешно приводили в порядок. Стены щеголяли в заплатах из свежих досок, пол кое-где провалился, кое-где был завален щебнем. Но работа кипела. Люди Песца — крепкие, с колючими взглядами и стволами на виду — таскали бревна, заколачивали доски, чистили оружие. Напряжение висело в воздухе, густое, как пороховая гарь. Все готовились к войне.

Степан Песец восседал за единственным уцелевшим столом в углу, похожем на импровизированный штаб. Повязка на единственном глазу была свежей. Рядом стоял его бармен, Лысый, с перевязанной головой и здоровенным обрезом в руках. Песец что-то чертил на карте города, разложенной среди пятен от кружек и окурков. Увидев меня, он отложил карандаш в сторону.

— Соломон! Рад тебя видеть! — в этот раз его голос звучал без прежней насмешки. Общее дело сплачивает людей…

— Документы, Степан, — без предисловий начал я. — На здание. Надеюсь, они готовы?

Песец хмыкнул, полез в потертый кожаный портфель под столом. Вытащил толстую папку, швырнул ее ко мне.

— Готовы. Вот дарственная. Все чисто. На имя Соломона Козлова. Печати настоящие, подписи — тоже. Свидетели — мои люди. Адрес — внутри. Причал №7, Складской ангар «Цунами». Я его осмотрел. Коробка бетонная, крыша слегка протекает, но стены — абсолютный монолит. Как ты и просил.

Я быстро пролистал бумаги. Юридический язык, печати суда, городской управы, налоговой… Выглядело вполне легально. Песец знал свое дело.

— Благодарю, — кивнул я, засунув папку за пазуху, поближе к деньгам Рыльского. — Очень кстати.

— Не за спасибо, — Песец прищурился. — Людей у тебя сколько? И когда начинаем гасить Ваську Свинца? Мои ребята на взводе. Ждут отмашки.

Я окинул взглядом его людей. Десятка два. Крепких. Злых. Готовых рвать и метать. Я же мог пока рассчитывать на пятерых: Вадима, Ваську, Семена и парочку выживших новичков. Плюс я. Но, прежде всего, мне хотелось сегодня ночью официально оформить клан.

— Людей у меня достаточно, — уверенно заявил я. — Как только сегодня оформлю клан и гляну здание, возьмусь за дело. Но мне понадобятся и твои люди. И сам ты. А также информация: владения врага, тусовки, логово и так далее. Когда буду готов, пришлю тебе весточку.

Песец кивнул, а затем ткнул пальцем в карту. — Вот, смотри. Точки Свинца. Вот — притоны на Сенной. Тут — игорный дом «Золотой Куб» на Невском. Тут — его контора в порту, маскируется под рыбный цех. А вот… — его палец уперся в район за Обводным каналом, прямиком в трущобы. — Его резиденция. Старая фабрика «Красный Октябрь». Кирпичная коробка с башней. Охраны — море. И этот клоун Весельчак постоянно там зависает.

Я осматривал карту и запоминал все самое важное. Сенная показалась мне менее значимой для удара, ее можно было проигнорировать. «Золотой Куб», наверняка, служил казной для банды Свинца, но его зачистка могла привлечь ненужное внимание. Рыбный цех, судя по всему, являлся главным логистическим объектом для бизнеса авторитета. А вот резиденция была центром принятия решений. А чтобы обескровить врага, нужно бить всегда в самое сердце.