Книга Бремя власти I, страница 6 – Иван Ладыгин

Голос императора дрожал, но не от страха, а от боли. Кровь капала из-под подбородка, смешиваясь с потом. Только сейчас я заметил, что вокруг валялись тела гвардейцев в зеленых мундирах. Их растерзали твари с клыками, острыми как бритвы. Воздух гудел от магии самодержца. Я невольно проникся к нему симпатией. Всегда любил сильных людей!

И тут из-за колонны, обвитой резьбой в виде змей, метнулась тень. Какой-то мужик в парадном мундире скользнул бесшумно, как зарождающийся вихрь. Его лицо, холодное и надменное, было искажено ненавистью. Глаза горели красным светом — как у демонов, которых он якобы пришел убить.

Все произошло, как в замедленной съемке. Будь у меня больше сил, я бы, наверное, смог предотвратить то, что последовало дальше.

— Простите, ваше величество, — прошипел дворянин, и кинжал с лезвием из черного обсидиана вонзился императору в спину. Тот рухнул на колени, меч выпал из ослабевших пальцев.

Предатель провернул в ране клинок, брызги крови окропили мрамор. Император попытался обернуться, но граф уже прыгнул в сторону, избегая щупалец последнего демона — громадной твари с глазами по всему телу.

— Сдохни, — холодно бросил он, выхватывая из-за пояса пистоль с инкрустацией в виде черепов.

Прозвенел выстрел. Заряд серебра и соли разорвал демона на куски, обдав зал кишками. Тварь взвыла, но граф добил ее вторым залпом в «сердце».

Повисла тишина. Только тяжелое дыхание предателя нарушало ее. Он подошел к императору, уже лежавшему в луже собственной крови, и пнул его сапогом.

— Теперь Империя моя, — прошипел он, вытирая клинок о плащ монарха.

Император хрипло закашлял, алая жижа хлынула изо рта. Но вдруг его рука метнулась — не к мечу, а к поясу, где висел крошечный кинжал с рубином в рукояти. Лезвие блеснуло, вонзившись графу в бедро.

— Ты пойдешь со мной… в ад! — прохрипел император.

Рубин вспыхнул. Клинок взорвался ослепительным светом — это была магия, зачарованная на смерть. Граф вскрикнул, его плоть начала распадаться, как бумага в огне. Желтые глаза расширились в ужасе.

— Нет! Н-Е-Е-Е-Т! — он замахал руками, но его тело уже превращалось в черные хлопья, смешиваясь с кровью императора.

— Да! — оскалился самодержец и вытянул руку в мою сторону. — Прости, Николай…

Это были его последние слова… Взгляд мужчины потух, и он отошел в мир иной.

Я стоял, прислонившись к колонне, все еще чувствуя, как чужая кровь стынет в жилах. Но пальцы уже сжимали рукоять сломанного меча. Осколки зеркала на полу отражали дымящиеся останки предателя и поверженного правителя.

Последняя моя рана затянулась, даже не оставив после себя шрама. Голова закружилась. В глазах потемнело.

— Вот же ж… На самом интересном месте! — успел проворчать я перед тем, как отключиться.

"Не иметь врагов может лишь предельное ничтожество,

так что я никому не советую этим хвастаться."

А. Бужар

Проснулся я от того, что в ноздри впился терпкий аромат лекарственных трав, смешанный с горечью полыни. Веки отяжелели, будто их придавили свинцовыми гирями, но я сжал зубы и заставил глаза открыться. Над головой колыхался пурпурный балдахин, расшитый золотыми орлами с пышными крыльями. Какие-то люди в белых и зеленых ливреях шептались: «Жив… Слава богу…». И всё в таком духе.

Вокруг кровати стояла медицинская аппаратура, капельницы и прочие больничные прелести. Но я чувствовал, что меня не успели тщательно осмотреть с помощью приборов. Тем лучше.