Книга Системный Творец VI, страница 51 – Александр Сорокин

Мы покинули аскетичный кабинет, вновь оказавшись в лабиринте потайных коридоров. Страж шёл впереди, его шаги были беззвучны, а силуэт сливался с тенями. Кай двигался рядом со мной, его мысли, казалось, витали где-то далеко. Языки пламени в настенных светильниках выплясывали на его древних доспехах, заставляя прожилки серебра и золота мерцать, словно россыпь звёзд в бездонной ночи.

Наконец, мы оказались в знакомом зале. Кассиан замер, повернулся к нам и безмолвно склонил голову — не поклон, а короткий солдатский кивок, признание союзников. Затем он вновь шагнул в коридор и исчез, будто его и не было.

Кай обернулся ко мне.

— Я отправлюсь в архивы. Тебе же, Макс, стоит отдохнуть.

— Я не устал. — возразил я, хотя каждая кость в теле ныла от напряжения последних… часов? Дней?

Кай усмехнулся — сухо, беззвучно.

— Это видно невооруженным глазом. Ты держишься на чистой воле и адреналине. Впереди встреча с императорами, и когда мы сможем поспать в следующий раз, — он развел руками, — совершенно неясно. Используй этот шанс, закрой глаза хотя бы на пару часов. Это не слабость, а тактика.

Он был прав, я это знал. Моё «Абсолютное Тело» могло подавить усталость, но не отменить её. Накопленный стресс и энергозатраты требовали компенсации.

— Хорошо. — кивнул я. — Удачи в архивах.

— Удачи тебе со сном. — парировал Кай, в его глазах мелькнула едва уловимая искорка старой, солдатской товарищеской усмешки. — Постарайся не проспать конец света.

Он развернулся и уверенной походкой направился прочь, явно зная, куда идти. Я же остался в огромном зале. Тишина давила на уши после грохота битвы и напряженных разговоров. Я глубоко вдохнул. Пора было найти Лину.

Присмотревшись, я заметил, что слуги уже принялись за работу: убирали обломки и заделывали самые опасные пробоины в полу. В воздухе ещё витал едкий запах дыма и озона, смешанный с ароматом чистящих трав и воска. Тела поверженных заговорщиков и погибших стражей уже унесли.

Лина по-прежнему сидела у колонны.

Она свернулась, обхватив колени, и выглядела невероятно хрупкой на фоне этого гигантского, помпезного зала. Рядом, в нескольких шагах, стояли трое стражей в полном облачении. Но их позы были скорее безразличными, чем бдительными. Они просто стояли, наблюдая за периметром, как каменные изваяния, которым поручили присматривать за испуганным котёнком.

При виде меня Лина вздрогнула, словно от внезапного холода, и медленно подняла голову. В её глазах, ещё недавно плещущихся слезами и отражающих ужас, теперь застыла лишь бездонная усталость. Но сквозь эту пелену пробилась крошечная, но живая искорка надежды. Робкая, почти невесомая улыбка тронула её губы.

Я присел перед ней на корточки, стараясь оказаться на одном уровне.

— Как ты? — тихо спросил я.

— Лучше. — её голос, хоть и хрипловатый, уже не звучал так надломлено. — Намного лучше. Приходили императорские лекари. Осмотрели, дали зелье… горькое, но тёплое. И шею… — она осторожно коснулась пальцами сине-багровых следов, оставленных Кселой, опоясывавших её горло, как ожерелье страдания.

Я внимательно осмотрел синяки. Следы были пугающими, но уже не такими свежими. Кожа вокруг них была обработана бледно-зелёной, почти прозрачной мазью, от которой исходил лёгкий запах ментола и целебных трав. Лекари явно знали своё дело. При такой травме — сдавливании гортани и мягких тканей — критически важно было немедленно снять отёк, защитить голосовые связки и хрящи, обеспечить покой. Мазь, судя по всему, обладала противовоспалительными, охлаждающими и регенерирующими свойствами. Возможно, в зелье были лёгкие обезболивающие и успокоительные компоненты. Тугую повязку не наложили, что было мудрым решением: это позволило сохранить нормальный кровоток. Лине, вероятно, прописали полное молчание и мягкую, жидкую пищу.