Книга Системный Творец III, страница 56 – Александр Сорокин

Вальтер не дрогнул, лишь его бледные глаза сузились.

— Успокойся, капитан. Что произошло?

Горст, задыхаясь, выпалил, словно выплевывая отраву:

— Каэл… Проклятый мальчишка! Он… коснулся статуи! Решил пройти Инициацию! В одиночку!

Воздух в подвале, еще секунду назад наполненный звоном стали и запахом озона, вдруг застыл, сгустившись вокруг отчаянного крика Горста. Его некогда незыблемая, могучая фигура теперь казалась надломленной. Он стоял, сжимая и разжимая кулаки, его широкие плечи предательски вздрагивали.

— Он один, Вальтер! Совсем один! — голос капитана сорвался на низкую, животную тональность, полную первобытного ужаса. — Ты же сам говорил, что групповое прохождение дает больше шансов! А он… один!

Дядя не пытался его перебить или успокоить. Он стоял неподвижно, его аскетичное лицо оставалось бесстрастным, но в глазах я читал холодное, безжалостное понимание.

— Я знаю. — тихо произнес имперец. Его усиленный голос прозвучал непривычно приглушенно. — Но Каэл принял решение. Мы бессильны перед Инициацией. Никто не может на нее повлиять.

— Я знаю! — Горст провел ладонью по лицу, словно смахивая несуществующую грязь. Дрожь в его руках была заметна невооруженным глазом. — Черт возьми, я все понимаю! Но он мой сын…

Он пытался взять себя в руки. Я видел, как его челюсти смыкались, как он выпрямлял спину, пытаясь вернуть себе облик несгибаемого капитана. Но трещина была слишком глубока. Горечь и страх сочились из него, как дым из-под завалов.

Я стоял в стороне, чувствуя себя чужим на этом празднике чужой беды. Мои собственные мышцы все еще горели от спарринга с Вальтером, а в ушах стоял оглушительный грохот распахнутой двери. Слова капитана вонзались в сознание, как раскаленные иглы. Каэл. Упрямый, гордый, одержимый желанием доказать всем и вся, что он не хуже меня. Он пошел один. В тот ад, из которого я чудом выбрался, имея за спиной не только «Путь Закаленного Тела», но и «Живое ремесло», артефакты, и Систему, открывшую мне свои тайны. У него не было ничего из этого. Лишь юношеский максимализм, отточенные годами рефлексы и ярость, рожденная чувством унижения.

Мучительное молчание затянулось на несколько минут, прежде чем его прервал скрип ступеней. В дверном проеме, ведущем из подвала, появился Эдварн. Его мрачное лицо, и без того суровое, казалось еще более угрюмым. Он молча обвел нас взглядом, задержав его на искаженном гримасой отчаяния лице Горста.

— Офицеры, — отрывисто, хрипло произнес Эдварн. — что ушли на Инициацию, вернулись.

Горст резко поднял голову, и в его глазах на мгновение вспыхнул огонек надежды. Возможно он подумал, что если они смогли, то и Каэл…

— Только… — Эдварн мотнул головой в сторону выхода. — Лучше вам самим все увидеть.

Мы вышли на площадь, где уже собралась толпа. Люди стояли молчаливым, напряженным кольцом, в центре которого, у подножия исполинской статуи Топора, находились две фигуры.

Одну из них я узнал мгновенно. Высокий, мощный, с лицом, испещренным шрамами и морщинами, он опирался на длинный, тяжелый меч, словно без этой опоры его ноги подкосились бы. Это был Крон, и над его головой сиял новый, незнакомый мне класс, выданный Системой: «Странствующий Ветеран».

Я активировал «Зрение Путей». Над ним вспыхнула знакомая надпись: «Путь Закаленного Тела (Уровень 1)». Крон прошел Инициацию, но его вид… Он напоминал выжатый лимон. Доспехи покравала грязь и темные подтеки, в нескольких местах виднелись глубокие вмятины. Лицо, обычно невозмутимое и суровое, сейчас выражало лишь глубочайшую, всепоглощающую усталость.