Книга Системный Творец III, страница 2 – Александр Сорокин

Он замолчал, давая мне впитать эти слова. Тишину нарушало лишь мое собственное сердцебиение.

— Когда она пришла к нам, мир изменился за один день. Мой учитель рассказывал, — его голос стал тише, почти мечтательным, — что в тот день небо… исчезло. Вместо него появилось нечто, мерцающее бесчисленными белыми точками. По этой… неестественной поверхности ползли полосы, символы, руны, которые никто не мог прочитать. А затем перед каждым живым существом возникла надпись: «Начало Игры». И всё. Через мгновение небо вернулось на место, надписи исчезли. Но мир уже был другим.

Он сделал паузу, его взгляд снова стал острым и пронзительным.

— В центре всех городов, всех поселений, как грибы после дождя, выросли статуи Топора. Прикоснувшись к ним, избранные получали Силу. Становясь Системщиками. Но вместе с силой… пришел и он. Живой Лес.

Я слушал, затаив дыхание, и в голове кусок за куском складывалась ужасающая мозаика. Мерцающее небо, символы… Все это предшествовало моему появлению в этом мире… Неужели на Земле сейчас происходит нечто подобное⁈

Ледяная догадка пронзила меня острее любого клинка. Если всё шло по одному сценарию… значит, я, тот, кто первым увидел Систему на Земле, тот, кого она выбрала… Я был… Первым Игроком Земли? От меня зависела судьба моего родного мира? Головокружение накатило с новой силой. Я едва не опрокинулся назад.

Вальтер, казалось, не заметил моего состояния.

— Первые годы… они были полны надежды. Мы быстро осваивали новые силы, отбрасывали Лес, строили укрепления. Казалось, мы способны на всё. Однако… потом всё изменилось.

Его лицо вновь стало каменной маской.

— Никто уже не помнит точной даты, но однажды, в ту самую Великую Расколотую Ночь, всем сильнейшим Системщикам Империи пришло уведомление. Всего одно. «Первый Игрок мира Эйвель мертв». Это и стало началом конца. С тех пор Инициация… превратилась в тот ужас, который ты видел. Смертность стала запредельной. Система… она словно отвергает наших людей. Не хочет давать им доступ. Но без новых Системщиков наш мир обречен! Лес — это лишь одна из угроз. Лазутчики из враждебных Высших Миров уже здесь. Они ходят среди нас, плетут интриги, ослабляя нашу силу изнутри.

Я сразу вспомнил Найру и Элиана. Их уверенность, пренебрежение, слова о том, что этот мир — арена. Но я сжал губы. Сейчас не время о них рассказывать.

— Почему? — прошептал я. — Почему Инициация стала такой смертоносной?

Вальтер горько усмехнулся, и в этой усмешке было столько усталой горечи, что на мгновение он показался почти живым.

— Я посвятил свою жизнь поиску ответа на этот вопрос, племянник. Я вхожу в число ответственных за проведение Инициации. Я годами изучал тех, кому чудом удалось пройти ее, пытаясь найти в них нечто общее, какую-то черту, ключ… Но пока — ничего. Лишь пустота. Система безжалостно отсеивает почти всех. Мы — испорченный поколение, мир, потерявший своего лидера.

От слов Вальтера стало не по себе. В его голосе не было лжи. Лишь холодное, выстраданное отчаяние ученого, бьющегося над нерешаемой задачей.

— А что будет с моим городом? — спросил я, чувствуя, как вновь поднимается ярость. — Ты же понимаешь! После завтрашнего дня здесь никого не останется! Одни трупы и солдаты!

Вальтер вздохнул, тяжело, по-стариковски.