Онлайн книга «Трупы Большого театра»
|
Степанов вспомнил о кассетах и заглянул к Даниилу Евгеньевичу, чтобы взять их. — Как зуб? — участливо поинтересовался коллега. — Подлечил, — коротко откликнулся Степанов. — Больно было? — Еще бы! Нелеченый зуб продолжал ныть. Степанов возвратился к себе и принялся за просмотр кассет. Вот зрители входят и выходят... мельтешат... снимают пальто и шубы... Так, билетерши... администратор... Программки... Зал... Ха-ха!.. Господин Степанов с супругой изволят беседовать с безработным банкиром Овчинниковым и его Амалией... Ага!.. Директорская ложа занята!.. А вот и конец спектакля... Входят, выходят, мельтешат... Кто у нас тут на подозрении?.. Антон входит. Все выходят, а он входит. Приехал увезти пьяную мать? Расталкивает людей. Что это у него с рукой? Как будто вывих? Или нет?.. Антон направился наверх. Там уборная Томской. Величаева и Тимошенков идут ему навстречу. Обменялись кивками. Почему Величаева в театре? Степанову вовсе не показалось, будто Галина Томская была пьяна. Но ему ведь никто не казался пьяным, ни Томская, ни Тимошенков... И ведь Галина допела партию Снегурочки до конца. Но тогда зачем приехали Величаева и Антон?.. Стоп! Почему всего тринадцать кассет? Чертова дюжина! Где еще две? Кто потерял? Конечно, не охранники в театре! И не стоит на них бочку катить. И наверняка искать бесполезно. Это отнюдь не случайная пропажа! Ясно, что на исчезнувших кассетах возможно было увидеть Антона и... кого-нибудь еще!.. Василий Никитич подпер ладонями щеки... Нет, что бы там ни говорила красавица Величаева, а Томская, конечно же, мертва! Размышления следователя прервал телефонный звонок. Позвонила жена. Попросила Степанова заехать за сыном. Их единственное сокровище, будущий медик, сегодня должен был задержаться в анатомичке. Бр-р! Степанов вздрогнул. Конечно, он за время работы в Управлении перевидал немало трупов. Но мальчик такой хрупкий... Сцена пятая В этих помещениях отвратительно пахло. Формалином и трупами. Уже в коридоре Степанова встретили два буроватых тела, растянувшихся на специальных оцинкованных столах. Вокруг столов теснились студенты, готовились к экзаменам. Кто-то из них объяснил Василию Никитичу, где найти Николая. В подвале две тусклые лампочки под потолком едва рассеивали темноту. В огромных зловонных ваннах что-то шевелилось. Степанов позвал: — Коля! Коля! Сын подошел к отцу. В руке Николай держал нечто вроде багра. Ему было поручено вымочить трупы. Работа не пыльная, но, прямо скажем, отвратительная! Трупы плавали в ваннах. Показывались то затылок, то плечо. — Кто это? — тихо спросил Степанов. — Бомжи! — ответил сын, явно изображая крутого медика. — Некоторые сами себя продают, еще когда живые. Ну, чтобы потом, после смерти, по их трупам учились!.. Из темноты вышел сокурсник Юра, нехотя взял у Николая багор. — Я пойду у препода отпрашиваться! — пояснил ему Николай. — За мной батян приехал. Степанов пожалел несчастного Юру, которому предстояло оставаться здесь в одиночестве, наедине с мертвяками... «А вдруг и Томская здесь!» Эта внезапная мысль обожгла Степанова. Он вытянул шею. Ему почудилось, будто трупы копошатся в ваннах. И этот запах!.. Да, формалин! В кабинете Грубера тоже пахло формалином!.. Степанов схватил сына за руку и потащил его к машине. Отпроситься у преподавателя студент Степанов так и не успел!.. |