Книга Монарх V, страница 64 – Александр Сорокин, Иван Ладыгин

— Ждал, — голос старейшины звучал как землетрясение. — Носитель Власти. Ты, наконец-таки, пришёл… Пророчество выстелило твою тропу ко мне. Ты тот, кто уже сталкивался с вероломством Первых! Ты тот, чья ярость пульсирует в унисон с моей!

Веррагор сдернул капюшон, обнажая шрамы-руны, и упал на колени:

— Великий старейшина! Значит, ты и вправду выжил!

Монстр поднял ладонь. Над ней возник голограммный свиток — договор, подписанный кровавыми печатями других старейшин:

— Выжил… Но когда-то нас было много, нас почитали как светлых богов… А когда мы восстали — нас объявили демонами. Твой друг, — взгляд упёрся в меня, — единственный, кто может разорвать цепи будущих несчастий.

Я шагнул вперёд, чувствуя, как кристалл в груди резонирует с энергией старейшины:

— Что ты предлагаешь?

— Знание… Ключ к пробуждению великой справедливости.

Веррагор судорожно вздохнул, вонзая копьё в камень.

А пламя в моих жилах ответило рывком. Кристалл и Власть запели в унисон.

— Но… — громыхнуло чудище… — Сперва мы просто поговорим.

Старейшина щелкнул пальцами, и между нами возник стол из черного обсидиана. Чайник, вырезанный из изумруда, наполнил чаши жидкостью цвета космоса.

— Садитесь, — его голос смягчился, став похожим на гул подземных ключей. — Даже бунтарям стоит иногда замедлить бег, чтобы вспомнить вкус корней.

Веррагор первым опустился на сиденье, его драконьи зрачки сузились при виде чайника. Я последовал примеру, ощущая, как магия стола приковывает меня лёгкими цепями иллюзий. Старейшина наполнил чаши жидкостью цвета ночного неба, где плавали звёздные блёстки.

— Пейте. Это не яд, — он усмехнулся, и в его глазах-солнцах мелькнули чёрные пятна. — Хотя для большинства вашего рода один глоток стал бы агонией. Но вы… вы особенные.

Чай обжёг губы сладким холодом, а когда я проглотил его, в груди вспыхнула карта созвездий — воспоминаний, но не моих. Старейшина начал говорить, и стены храма растворились, погрузив нас в видение.

Старейшина прикрыл глаза, и пространство вокруг нас изменилось. Видение унесло меня в глубины прошлого, в то время, когда мир еще принадлежал Совету Десяти.

— Тогда мы еще не знали, что стоит за границами нашего бытия. — начал он. — Два мира — ваш и мир монстров — существовали в равновесии, под управлением Совета. Это было время свободы, когда магия текла чистыми потоками, и каждый народ жил согласно своей природе.

Перед нами развернулись картины великих городов, парящих над землей. Башни, сделанные из чистой энергии, соединялись мостами из света. В небесах витали создания, сотканные из пламени, воды и камня, свободно пересекающие грань миров. Люди и монстры не воевали — они сосуществовали под единой властью.

— Но однажды небо раскололось.

В воздухе возникла трещина. Из нее потекло нечто чужеродное, искривляющее само пространство. Мир содрогнулся, когда первый из них ступил на нашу землю.

Я увидел фигуру, закутанную в плащ из звездного мрака. Она не имела формы — она постоянно менялась, будто пространство не могло удерживать ее. Там, где касались ее шаги, реальность изгибалась, становясь иной.

— Они пришли без войны, без предупреждения. Просто заявили, что отныне все принадлежит им.

Видение дрогнуло, и я увидел, как Совет Десяти вышел им навстречу.