Книга Монарх lll, страница 89 – Александр Сорокин, Иван Ладыгин

На последних словах аура Годунова пошла легкой рябью.

— Приложив руку к вторжению в мою страну они смели требовать от меня руки дочери? — тихо произнес государь. Но от его тона у всех присутствующих появилось острое желание оказаться как можно дальше. — Долгорукий. Ты получил все интересующие тебя ответы?

— Да.

— И твое предложение не поменялось?

— Нет. В течении месяца я закончу эту войну нашей победой. Мое слово.

На сей раз на лицах всех присутствующих поселилась легкая улыбка от услышанной шутки. Но спустя некоторое время к ним пришло понимание, что ее не было.

— И что же вы планируете делать? — внезапно обратился ко мне Великий князь Суворов. — Поделитесь с нами своим великим полководческим талантом.

— То же, что делал всегда. Сориентируюсь на месте и приму единственно правильное решение, исходя из фактической окружающей обстановки.

— Долгорукий Глеб Ярославович, именем императора Российской империи я отправляю тебя на место боевых действий. Твоя задача, как Тени императора — принести нам победу. — громогласно объявил император.

— Государь, это неразумно. Он же еще малец! Без плана и должного боевого опыта в ведении крупномасштабных сражений он положит всех бойцов! — не согласился министр обороны, но столкнувшись со взглядом самодержавца склонил голову. — Прошу прощения, этого больше не повторится.

Пройдя на волосок от гибели, поддавшись эмоциям, Великий князь не посмел более перечить Николаю. Лишь одна мысль успокаивала великого полководца — его император никогда не был глуп. Значит его решение обосновано чем-то, что ускользает от взгляда Суворова.

— Господа, я отдаю себе отчет в том, что выгляжу крайне непрезентабельно для столь мудрого и грамотного общества: молод, горяч, неопытен. — сказал я, склонившись над картой. — Но позвольте мне хотя бы немного прояснить несколько моментов.

Эти слова явно понравились большинству. Это их еще не расположило ко мне, но, по крайней мере, они поняли, что я не самовлюбленный болван, каким, наверняка, выглядел со стороны.

— Судя по карте, мы утратили контроль над Смоленщиной и Черниговщиной. — начал я.

— Поляки атаковали со стороны Минска. Смоленск подвергся осаде, но пока еще держится. — кивнул Суворов. — Граф Шейн руководит обороной города. Чернигов — тоже пока еще с нами. На очереди у ляхов Киев. Местные маги напрягают все усилия, чтобы держать с нами связь через УС.

— Конечно же, города находятся в окружении, дороги перерезаны, все логистические цепочки обрублены. Небо контролируется противником. Для полноценного штурма у врага недостаточно сил. — начал рассуждать я вслух.

— Всё верно, юноша. — снисходительно улыбнулся какой-то пожилой грузный генерал.

— Наши силы растянуты вдоль границ. Численность противника доподлинно неизвестна, но есть сведения, что их никак не меньше пятидесяти тысяч на всей линии фронта.

— Да. И это, когда мы располагаем лишь двадцатью тысячами штыков, лишенных сильного артефактного вооружения! — вставил грузный генерал. — А снять людей с других границ мы не можем. Наши «добрые» соседи с удовольствием воспользуются нашим замешательством, случись чего. Остается только центр Российской империи, да столица с Москвой, откуда мы можем подтянуть резервы.

— Но на это нужно время… — сказал я. — Мобилизация в любой стране после долгих лет мира — это всегда неповоротливая и строптивая тварь…