Книга Крафтер I, страница 110 – Александр Сорокин, Иван Ладыгин

Вернувшись в поместье, я припарковал мотоцикл у входа и потянулся, наслаждаясь тишиной. По сравнению с недавним морским приключением — просто благодать.

Но стоило мне сделать шаг к двери, как откуда-то вынырнул Григорий. Его суровое лицо и выпрямленная осанка предвещали только одно — работу.

— Барон, вам срочно нужно в кабинет, — произнес он с торжественностью приговоренного на казнь.

— Ой, а можно завтра? Я только что разобрался с киллерами, спас прекрасных дам, попал под допрос и заслужил хотя бы кружку пива перед новой катастрофой.

Григорий не дрогнул.

— Вам срочно нужно в кабинет.

— Ну ладно, — тяжело вздохнул я, подавляя желание развернуться и сбежать обратно к мотоциклу.

Войдя внутрь, я увидел… кошмар. Гору бумаг. Огромную, зловещую, жаждущую моей души. Счета на оплату, долговые расписки, налоговые уведомления, какие-то отчеты.

Я схватился за голову.

— Я вообще-то на пенсии! Должен отдыхать, наслаждаться жизнью, а не вот это вот всё!

Григорий, не разделяя моей трагедии, молча придвинул ко мне стул.

— Нам нужен управляющий. Или бухгалтер. А лучше и тот, и тот в одном лице! — возмущенно заявил я.

Григорий скрестил руки на груди и вперил в меня строгий взгляд.

— Господин барон, подпускать к таким должностям кого попало нельзя. Это дело серьезное.

— И что, мне теперь лично со всем этим разбираться?

— Несомненно, это будет лучшим вариантов. — начал он, но увидев мой взгляд тяжело вздохнул и продолжил. — Но вам повезло. Или не повезло… тут уж как посмотреть, — задумчиво сказал он.

Я напрягся.

— Говорите уже.

— Лучший кандидат на эту должность — Матвей Семенович.

— Матвей Семёныч? — я поднял брови, не совсем понимая, как это связано с управлением имуществом. — Он же мой учитель языков и этикета. Причем тут это?

Григорий тяжело вздохнул, словно мой вопрос был слишком сложным для его разума.

— Этот вопрос лучше задать самому Матвею Семёнычу. Но, поверьте, лучше кандидата не найти.

Судя по его выражению, Григорий был в этом абсолютно уверен. Я же, в свою очередь, был не особо вдохновлен идеей, что мой старый учитель языков и этикета будет управлять финансовыми потоками моего рода. Но не оставалось выбора, и я, уже слабо надеясь на лучший исход, направился в комнату к Матвею.

Не успел я постучать, как с другой стороны послышался знакомый голос:

— Войдите.

Старик сидел в своем кресле, как обычно, вежливо приподняв очки на носу.

— Матвей Семёныч, — начал я, войдя в комнату и садясь напротив его стола, — у меня к вам деловое предложение.

Старик аккуратно положил перо и внимательно посмотрел на меня.

— Говорите, барон.

— Мне нужен управляющий. Или бухгалтер, по вашему выбору. И я подумал, что вы идеально подходите для этой должности.

Матвей Семёныч замер, его лицо стало чуть более напряженным. Он аккуратно поставил руки на стол, как будто готовился к разочаровывающему мне ответу.

— Боюсь, барон, что я вынужден отказаться, — сказал он, не отрывая взгляда.

Я нахмурился, не ожидая такого ответа.

— Почему? — спросил я, не скрывая недовольства.

Матвей вздохнул, посмотрел в окно и вдруг начал рассказывать.

— Дело в том, что в свое время я был одним из лучших бухгалтеров в известном «доме» — это был серьезный и влиятельный род. Я управлял их финансами, контролировал счета, следил за всеми бизнес-операциями. Всё шло хорошо.