Книга Кодекс Магических Зверей 7, страница 115 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

— Выходим, — произнёс Тибор и первым шагнул наружу.

Иннар и Эрек двинулись следом. Стоило нам всем оказаться на земле, как приручители без единого звука встали вокруг меня со зверями кольцом: Тибор впереди, Иннар слева, а Эрек справа. Эта молчаливая перестройка сказала больше любых слов — они не хотели потерять целителя.

Несколько минут мы стояли на месте. Тибор водил головой из стороны в сторону, прислушиваясь. Иннар застыл неподвижно, и мне показалось, будто он даже перестал моргать. Эрек скользил взглядом по тёмным просветам между стволами, а его пальцы уже лежали на рукояти ножа.

Лес встретил нас тихим шуршанием высокой травы, далёким птичьим криком и тёплым дуновением ветра из подлеска.

Внезапно Иннар повернул голову к Тибору и произнёс:

— Чисто.

— Чисто, — подтвердил Эрек.

Старик кивнул и повернулся ко мне.

— Целитель, не выходи из кольца и держи зверей при себе. Мы сразу двинемся к переходу на Второй слой.

— Понял, — ответил я.

Тибор кивнул и, вновь оглядевшись, неспешно двинулся вперёд. Иннар скользил беззвучно, как тень. Даже сухие ветки под его сапогами умудрялись не трещать. Я попытался повторить шаг мужчины, но тут же услышал звонкий щелчок под подошвой.

Эрек хмыкнул, не поворачиваясь.

— Не старайся, целитель. Он десять лет учился так ходить.

— Вообще-то пятнадцать, — уточнил Иннар.

— Ну, простите, магистр тишины, — съязвил Эрек.

Первый биом встретил нас высокими кряжистыми деревьями с золотистой корой, отслаивающейся длинными лоскутами. Между стволами пробивался мягкий свет, а под ногами лежал ковёр из хвои, пружинивший при каждом шаге. Где-то наверху заливисто перепевали друг друга птицы.

— Золотистый ясень, — вполголоса обронил Эрек, посмотрев на меня. — Кора хорошо горит, только жаль, рубить его опасно.

— Почему? — переспросил я.

— Если повезёт, не узнаешь, — он повёл подбородком в сторону ближайшего дерева. — В корнях водится… скажем так, длинная гусеница, которая очень не любит, когда её будят.

Повернув голову, я заметил шагах в двадцати справа, у одного из ясеней, крупного зверя. Внешне он походил на рысь, но был куда массивнее, а его бока покрывали тёмные пятна. Зверь не шипел, не припадал к земле и не готовился к прыжку, а просто… Провожал нас взглядом, слегка склонив голову набок.

Тибор едва заметно повёл подбородком, и Иннар тут же положил ладонь на странный крюк на верёвке.

— Пятнистая крадуха, — тихо пояснил старик, не сбавляя шага. — Обычно она вылезает только ночью, и то не приближается к человеку ближе, чем на сто шагов.

— А сейчас, стало быть, соскучилась, — Эрек хмыкнул.

Я невольно оглянулся. Крадуха продолжала рассматривать нас, плавно поворачивая голову вслед. Только когда мы удалились шагов на пятьдесят, зверь неспешно поднялся, отряхнулся и скользнул обратно в подлесок.

— Странно, — обронил я.

— Не то слово, — отозвался Эрек. — В прошлый раз мы встретили медведника, который так же просто стоял и палился на нас, хотя должен был либо сразу напасть, либо удрать.

Через пол часа золотистые деревья резко оборвались, будто кто-то провёл ножом ровную линию по земле, и перед нашими глазами предстал одинокий чёрный ствол шириной с башню, покрытый гладкой, будто отполированной корой.

От него расходились в стороны толстые корни, а между ними аккуратно лежали… десятки звериных черепов: от мелких, с кулак, до огромных, размером с телегу.