Книга Кодекс Магических Зверей 3, страница 57 – Павел Шимуро, Александр Сорокин

— Бой! — голос мужчины в чёрной мантии прокатился над ареной.

Клинкозуб рванул вперёд с бешенной скоростью, оставив после себя лишь золотую вспышку. Рудокоп, напротив, не двинулся с места, а лишь слегка присел, вонзившись когтями передних лап в песок.

Клинкозуб атаковал с фланга, пытаясь зайти за спину, но рудокоп развернулся с неожиданной для его габаритов резкостью и взметнул лапу в воздух. Клинкозуб в последний момент ушёл в сторону, и когти рудокопа лишь скользнули по его боку, вырвав клок серой шерсти.

— Увернулся! — крикнул кто-то сзади. — Ах, чёрт, чуть-чуть!

Трибуны взревели. Кто-то разочарованно выругался, кто-то, наоборот, закричал от восторга, но все как один подались вперёд, ловя каждое движение. Женщина в соседнем ряду прижала ладони к щекам, её глаза расширились, а губы беззвучно зашевелились. Мужчина с бородой вскочил с места, сжав кулаки, и что-то выкрикнул, но его слова утонули в общем гуле.

Клинкозуб снова бросился в атаку. Он кружил вокруг рудокопа, нанося удары с разных сторон, и в последний момент ускользая от атак противника. Его когти оставляли на боках рудокопа неглубокие, но кровоточащие царапины.

— Он его достал! — заорал кто-то с нижних рядов.

Другой голос выкрикнул:

— Да что ему эта царапина? Смотри, как он его сейчас!

Азарт накалялся, воздух будто звенел от напряжения.

Рудокоп же, казалось, не замечал боли. Он лишь тяжело перекатывался с лапы на лапу, встречая каждую атаку ударом своих лап-кирок. Песок взлетал фонтанами, оставляя на поле глубокие воронки.

— Давай! Сделай его! — заорал толстяк справа от меня с безумным огнём в глазах.

В какой-то момент клинкозуб замешкался. Рудокоп, словно только этого и ждал, бросился вперёд. Его лапа обрушилась на спину противника, и когти вонзились в плоть.

Трибуны ахнули. Женщина в соседнем ряду вскрикнула, зажав лицо ладонями, но тут же разжала пальцы. Толстяк справа замер с открытым ртом, и его кулак, занесённый для удара по колену, так и застыл в воздухе.

Клинкозуб издал пронзительный визг, переходящий в сдавленный рык, но не упал, а извернувшись всем телом, вцепился клыками в лапу рудокопа, и челюсти его с хрустом сомкнулись.

Рёв зверя и крики толпы слились в один сплошной гул. Кто-то визжал, кто-то орал:

— Держи! Держи, не отпускай!

Волосатый мужчина схватился за голову, а женщина в первом ряду, которую я заметил краем глаза, вскочила и замахала руками, словно сама участвовала в схватке.

Рудокоп низко взревел, заставив задрожать каменные ступени трибун. Люди, сидевшие рядом со мной, на секунду замерли, но их лица тут же исказились ещё более жадным восторгом.

— Рви! Рви его! — слышалось со всех сторон.

Рудокоп нанёс удар свободной лапой по голове клинкозуба и оглушил его. Тот разжал челюсть, и рудокоп, воспользовавшись моментом, навалился на него всей массой. Клинкозуб рухнул на песок, и рудокоп, встав над ним, занёс лапу для последнего удара.

На трибунах на миг наступила тишина, а затем тысячи глоток разом закричали и засвистели. Люди вскакивали, обнимались и потрясали кулаками. Женщина впереди вновь упала на своё место, обмахивая лицо ладонями. Волосатый мужчина тяжело опустился на скамью и лишь выдохнул: «Ну даёт…».

— Бой окончен! Победа за представителем Академии «Глубинная сталь»! — объявил мужчина в чёрной мантии.