Книга Знахарь 2, страница 56 – Павел Шимуро

— Далеко до дома Варгана?

— Рукой подать, — Горт мотнул головой в сторону центра деревни. — Я провожу.

Бран забрал пустую кастрюлю и постоял ещё секунду, глядя на меня.

— За Алли… — он не договорил. Просто кивнул и ушёл.

Дорога к дому Варгана заняла пять минут, но каждый шаг отдавался в бёдрах.

Деревня просыпалась. Мимо мастерской Кирены — она сидела на крыльце, строгала что-то одной рукой, вторая в лубке. Кивнула молча, не отрываясь от работы. Мимо общего амбара — три женщины перебирали сушёные грибы на широком полотне. Одна из них подняла голову.

— Лекарь! А у моего младшого сыпь на руках не проходит третий день уже. Зайдёте поглядеть?

— Зайду после полудня.

Она закивала. Вторая женщина тут же вклинилась:

— А у меня свекровь кашляет который день. Может, тоже?

— Тоже зайду.

Очередь росла. Я становился нужен не для одного кризиса, а для жизни деревни.

Дом Варгана стоял ближе к центру — крепкий, добротный, больше других. Брёвна потемнели от времени, но подогнаны плотно, без щелей. Крыша из толстой коры, скаты крутые, чтобы влага стекала.

Внутри пахло кровью и потом.

Дрен лежал на широкой лавке у стены. Парень лет двадцати, худой, жилистый, с острыми скулами и ввалившимися глазами. Лицо серое от боли, губы сжаты в тонкую линию. Дышал мелко, поверхностно, как человек, который знает, что глубокий вдох обойдётся слишком дорого.

Рядом сидел второй охотник — Илка, приятель Дрена. Ровесник, но шире в плечах и круглолицый. Нервно крутил в руках кожаный ремень, то затягивая, то ослабляя петлю.

Варган стоял у окна. Повернулся, когда я вошёл, но ничего не сказал. Просто посторонился, давая место.

— Что случилось?

— Корень подломился, — Илка ответил вместо Дрена. — На южной тропе, у развилки. Мы возвращались, он первым шёл. Нога соскользнула, и он вниз. Метра три, не больше, но упал на бок.

— На правый?

— Ага.

Я подошёл к лавке и присел рядом. Дрен скосил на меня глаза — в них была боль и надежда пополам со страхом.

— Сейчас посмотрю. Терпи.

Руки легли на грудную клетку. Начал пальпировать. Методично, по рёбрам, сверху вниз. Система подсвечивала, но я работал руками — привычка. Инструменты могут отказать, а пальцы — нет.

Четвёртое ребро — целое. Пятое — целое. Шестое…

Дрен дёрнулся и зашипел сквозь зубы.

— Тут болит?

— Да, тудыть его…

Седьмое. Восьмое. Оба отдают резкой болью при надавливании, но смещения нет. Линия перелома ощущается под пальцами — неровность, микроподвижность. Без осколков.

Приложил ухо к груди. Справа дыхание ослаблено, но хрипов нет. Перкуссия, звук нормальный, притупления нет. Пневмоторакса нет.

[ДИАГНОСТИКА: Перелом VII и VIII рёбер справа. Ушиб лёгочной ткани. Осложнения: не выявлены]

Повезло.

— Два ребра сломаны, — сказал я, выпрямляясь. — Лёгкое ушиблено, но не пробито. Жить будешь.

Дрен выдохнул. Илка рядом тоже обмяк.

— Чего делать-то? — спросил Варган из-за спины. Голос ровный, деловой.

— Перевязать туго и ограничить движение — три недели не поднимать тяжёлое, не тянуться, дышать животом. Кашлять через подушку, прижав её к груди.

— Три недели? — Дрен скривился. — Да я ж охотник!

— Был. Станешь снова, когда рёбра срастутся. А полезешь раньше — лёгкое проколешь, и тогда я тебе уже не помогу.

Он заткнулся.

Я попросил у Илки тряпки — чистые, длинные полосы. Тот принёс. Начал бинтовать. Техника простая: тугая повязка вокруг грудной клетки, от подмышек до талии, слой за слоем. Дрен скулил, но терпел. Когда закончил и затянул узел, он дышал чуть легче.