Книга Системный Алхимик I, страница 96 – Павел Шимуро

В этот момент толпа будто бы обезумела. Все кинулись ко мне, окружив плотным кольцом.

— КТО Я ТАКОЙ⁈ — я сжал крепко кулаки и заорал во всё горло. Толпа мгновенно остановилась. Они ошарашено посмотрели друг на друга, будто бы не зная, что делать. — Я АЛХИМИК, МАТЬ ВАШУ! — я уверен, мой истошный крик на грани надрыва можно было услышать на каждом уголке деревни. — Вы пришли на порог моего дома, устроили бесчинство и после того, как я защитил себя и свой дом, хотите выбросить меня из деревни⁈ И это после того, что я сделал для вас⁈ ЛЮДИ! ЧТО С ВАМИ НЕ ТАК⁈ ПОЧЕМУ ВАШИ СЕРДЦА ТАК ЧЕРНЫ⁈ — я кричал не просто для того, чтобы привлечь внимание каждого. Это крик души, в попытках выплеснуть весь негатив, скопившийся за это время.

— Когда я лечил раненных, то никогда не просил ничего взамен! Разве я должен так бескорыстно помогать вам? — я обратился к толпе, но мой голос был адресован именно старейшине. — Ответьте мне, старейшина, — я прищурил глаза и обвёл его немощную фигуру своим взглядом.

— Ты обязан помогать деревне! Это твой долг! — он ударил посохом о землю.

— Долг? — я рассмеялся во все лёгкие. — Кто тебе такое сказал? Какой долг, если всё, что я получаю взамен, так это порицание и ненависть со стороны людей. Когда я горбатился над раненными, вытягивал их из лап смерти, пока каждый из вас мирно спал в своей кровати, я попросил что-то взамен? Я услышал слова благодарности⁈ — старик молчит. В его глазах полопались капилляры от жгучей злости. Его немощные старые плечи затряслись, а скрюченные пальцы сжали древко посоха.

— НЕТ! — заорал я до хрипоты. — Вместо этого, я получил лишь голод и отношение как к дерьму, — я встал напротив старейшины. — А знаете что, да пошла ваша деревня нахер! И все вы пошли на хер! Когда ваши охотнику будут корчиться от боли, умирать от кровопотери в приступах адской боли, вспоминайте, что когда-то в этом месте был тот, кто мог им помочь, но вы своими руками лишились его! Не нужно провожать, я соберу свои вещи и уйду на восходе солнца, — я махнул рукой и сплюнув на землю, перед старейшиной, пошел обратно в свой дом.

— ОСТАНОВИСЬ! ОСТАНОВИТЕСЬ ВЫ ВСЕ! — вдруг из толпы раздался разъярённый крик.

Я замер на месте, ведь сразу узнал, кому принадлежит этого голос. Охотник Ган, ты-то куда полез? Зачем тебе всё это? Ты только поднял сына на ноги, разве разумно встревать в это болото?

Я обернулся и увидел, как высокий мужчина расталкивает людей в разные стороны, лишь бы выйти в центр, чтобы предстать перед старейшиной. Рядом с ним вьюном вился мальчишка моего возраста, в нём я узнал Малика. Пацан уже куда здоровее, чем в момент, когда я видел его на кровати без сознания.

— Вы совершаете большую ошибку, старейшина! — произнёс охотник. — А вы все разве не научились думать своей головой⁈ — он обвёл взглядом людей, столпившихся вокруг него. — Это алхимик! В какой деревне ещё есть алхимик, который может излечивать раненных, ставить на ноги неизлечимо больных детей⁈ Посмотрите на моего мальчика — смотрите, смотрите, да повнимательней! — он выставил вперёд своего пацана, и толпа мгновенно взорвалась обсуждениями того, как он встал на ноги.

— Это ты сделал? — старейшина прищурил глаза.

— Конечно, а кто ещё? — я склонил голову на бок и ответил, не скрывая своего причастия к этому.