Книга Укротитель Драконов 3, страница 123 – Ярослав Мечников

Пепельник стоял не оборачиваясь. По спине его я видел, что он этого не ожидал.

— Нужно время, — сказал я негромко. — Он должен привыкнуть. Увидеть, что рядом с вами безопасно. Сядьте. Просто сядьте рядом. Без команд.

Пепельник медленно повернул ко мне голову. В глазах стояло такое, от чего у Червя волосы дыбом бы встали. Но мужчина смолчал и начал опускаться. Сел на корточки, потом на колено, потом ровно сел на холодный камень рядом с дрейком, спиной ко мне.

Я скосил глаза на уступы. Один арбалетчик стоял с открытым ртом. Второй, рядом, медленно опускал арбалет, как опускают вещь, которой больше не понадобится.

— Хорошо, — сказал я. — Теперь коснитесь. Положите ладонь на чешую у плеча. И сидите.

Пепельник тяжело выдохнул через нос. Поднял руку. Положил на бок Угольку, у основания шеи. Сидел так. Со стороны выглядел как человек, который держит ладонь над огнём и считает про себя секунды.

По нити пришло.

«Мне он не нравится. Он давит на себя, чтобы делать это. Не хочет.»

«Знаю. Молчи. Ничего не делай.»

Пепельник сидел. Ладонь на чешуе. Спина прямая, плечи вверх. Принуждал себя. Сидел человек у дрейка, и этот дрейк был сейчас спокойнее человека. Зрелище вышло такое, что я бы посмеялся, если бы можно было. На что только не пойдёт мужик ради своей выгоды. Только без чистоты намерения это не работает, и Кар-Рох мне это сейчас показывал лучше всякой Системы. Он чувствовал. Сидел, дышал ровно, играл свою часть, но дальше игры дело не шло. Тепла между ними не было.

Минута. Полторы.

Пепельник вдруг встал резко, одним движением. Руки за спину. Развернулся. Пошёл ко мне. Дошёл, встал в шаге.

Молчал.

— Падаль.

— Вижу, вам тяжело это даётся. Это совсем другая работа. Я понимаю.

Сказал я ровно, как есть, не было смысла подкрашивать.

У него под скулой жилка дёрнулась снова. Он что-то хотел сказать, открыл рот, закрыл. Оглянулся через плечо на дрейка. Уголёк лежал, не шевелился, смотрел на нас одним глазом. Пепельник повернулся обратно.

— Ты прикажи ему. Сейчас. Что-нибудь простое.

— Я? Так он послушает меня, вы это и без меня знаете.

— Значит, слушает только тебя.

— Нет. Это значит, что вам не хватило терпения. Я просил посидеть. Просто посидеть. А вы поднялись через полторы минуты. Будто он чумной. Вы хотите методов. Я даю. Но взять их вы пока не можете. У вас кнут в голове, а я его прошу выкинуть на время.

Сказал это жёстко. Само пошло. И не пожалел, потому что это была правда, и нести её мягче не имело смысла.

Поймал его взгляд и увидел, что мужчина понял. Пепельник был много кем, но дураком не был. Он сам почувствовал, что не может сделать того, о чём я прошу. И злился он сейчас кажется в первую очередь не на меня, а на себя. И ещё там, во второй мысли, шло другое. Если зверь сейчас лёг сам, без команды, у его сапог, значит, у этого «метода» что-то есть. И значит, найти человека, который сможет, не он, но кто-то другой, можно. Я видел, как у него это складывается.

Он впервые на моей памяти вздохнул устало по-человечески.

— Ладно. Ладно. Ещё раз. Без кнута в голове.

Постоял, глядя в камень под ногами. Развернулся.

Пепельник сделал два шага к дрейку. Поднял руку ладонью вверх, повёл наверх.

— Встань. Уголёк.

Имя на этот раз сошло у него с губ ровнее, тепла там не было и быть не могло, но и без той брезгливой судороги, что в прошлый раз.