Онлайн книга «Укротитель Драконов 2»
|
Трещина стоял у кромки, спиной ко мне. — Трещина. Кто не вышел? Старик обернулся. Лицо стянуто так, что морщины превратились в глубокие борозды. — Кха. Репей не вышел. И эта. Тихоня. Ещё один, из новых, но того Рыжая уже вытянула, лежит вон, дышит. А эти двое, — он мотнул головой в сторону Пелены, — нету. — Сколько Тихоня уже там? Трещина прищурился, глянул на небо, будто прикидывал по солнцу. — Глоток. Почти полный глоток. Кха. Может, чуть меньше. Для неё это край. Если Псари не найдут прямо сейчас… Он не закончил. — А Репей? — Репей должен был выйти с тобой. По четвёртому гонгу. Первый круг Закалённого, столько же, сколько ты. Но его нет. Псари пошли, двое. Седой и Крот. Я повернулся к Пелене. Подошёл на два шага ближе. Серо-лиловая масса лежала тяжело и неподвижно, только рваные языки ползли по мокрому камню. Запах бил в нос, кислый и горький. — Она другая сегодня, — сказал я через плечо. — Гуще. Темнее. И этот сон на выходе — меня в сон срубало, готов был упасть прям там — оказалось Морок. Раньше такого не было. Трещина не ответил. Я обернулся. Старик смотрел на Пелену, и на его лице было выражение, которого раньше не видел. Он знал. Будто тоже чувствовал что-то. Я вгляделся в лиловую муть. Ничего. Силуэтов Псарей не видно, и Тихони не видно, и Репья. Пелена лежала глухая, непроницаемая, будто стена. В углу зрения мигнуло. [СТАТУС УКРОТИТЕЛЯ] [Системы организма: ОБНОВЛЕНЫ] [Лёгкие: функциональны (87 %)] [Сердечно-сосудистая: стабильна (79 %)] [Мышечный тонус: удовлетворительный] [Расчётное время повторного погружения: 8 мин 12 сек] [Условие: избегание глубоких слоёв, контроль дыхания, игнорирование мороков] Я уставился на окно Системы. Она ответила на вопрос, который я даже не успел сформулировать. Где-то на дне сознания, пока я смотрел в Пелену и думал о Тихоне, мелькнуло: могу ли вернуться? И Система услышала. Восемь минут. Этого хватит. Я шагнул вперёд. Мокрый камень под босыми ногами, маслянистый налёт, знакомое покалывание в щиколотках. — Эй! — голос Трещины хлестнул по спине. — Ты куда⁈ Назад, обмылок! Кха! Назад! — Нормально, — сказал, не оборачиваясь. Ещё шаг. Пелена по колено. — Пройдусь недалеко. Погляжу. — Стоять! Стоять, я сказал! Я ждал. Если сейчас Трещина рявкнет по-настоящему, если скомандует Псарям, если потребует, придётся остановиться. Лезть в открытый конфликт с наставником на Купании, это не просто наказание. Это Яма или хуже. Трещина имеет полное право приказать, и приказ будет исполнен. Пелена по пояс. Тяжёлая, тёплая и давящая. Трещина молчал. Я сделал ещё шаг. И ещё. Молчание за спиной. Ни окрика, ни топота ног. Старик видимо стоял на берегу и смотрел, как я ухожу в лиловую муть. Молчаливое добро или молчаливое «делай что хочешь, сам виноват». Я ускорился. Пелена по грудь. По шею. Макушка ушла под поверхность, и мир снаружи пропал. Лиловый сумрак сомкнулся вокруг, Бегом. Так я ещё ни разу не входил в Пелену. Всегда медленно, осторожно, шаг за шагом, контролируя дыхание. Сейчас было не до контроля. Я побежал. Ноги месили густую тяжесть, каждый толчок давался с усилием, будто бежишь по воде, но я бежал. Короткий вдох носом, пауза, длинный выдох через зубы. Ещё вдох. Ещё выдох. Давление навалилось сразу. Сердце сжало, будто кто-то обхватил его ладонью и стиснул. Знакомо, но пока терпимо. |