Книга Системный Кузнец XIII, страница 23 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

[Резерв Инь: 42 %… 51 %… 60 %…]

Минут через двадцать резерв подполз к восьмидесяти — этого хватит на повторное запечатывание второго образца и ещё на пару свежих болтов.

Камень, будто почуяв, что я останавливаюсь, будто зашептал, что хочет продолжать впитываться. Тёплая волна расслабления пошла по плечам, веки потяжелели и картинка перед прикрытыми глазами поплыла.

Я выдернул себя силой. Сжал зубы, дёрнул внимание из транса к ламповому свету.

— Потом, — сказал кристаллу. — Попозже вернусь еще и мы дойдем до конца.

Связь оборвалась мягко, как будто Камень сам отступил, согласившись подождать.

Убрал кристалл обратно за пазуху.

На лежанке заворочались. Ульф сел, протёр лицо обеими ладонями, прищурился на меня в полутьме.

— Кай? — голос низкий. — Закончил уже?

— Не до конца, дружище. Кое-что переделать надо. Заказчик передумал, как ему нужно.

— Заказчики, — буркнул Ульф с пониманием. — Они всегда так.

Сел поудобнее, свесил ноги с лежанки. Большие пальцы шевельнулись в шерстяных носках.

— Ульф помогать?

— Скоро понадобишься. Сейчас сам справлюсь. Отдыхай ещё, пока время есть.

Он почесал подбородок, посмотрел на меня внимательно, потом на котелок.

— Кай голодный?

Я задумался на секунду. Желудок дал о себе знать сразу, как только я о нём подумал.

— Поел бы.

Ульф просиял.

— Тогда Ульф приготовит. У старухи внизу хлеб свежий по утрам, ещё яйца есть. Ульф сходит, купит, принесёт в кузню горячее. Каю работать надо, Каю силы нужны.

— Купи, — согласился.

Он поднялся, занял почти весь проход между лежанкой и печью. Натянул куртку, обул сапоги. Я поднялся следом, отряхнул штаны от пыли.

— Я в кузню. Принесёшь хлеб — стучи как условились.

— Три-два, — кивнул Ульф серьёзно. — Никому. Кай хороший, Ульф помнит.

Я вышел во двор, Ульф следом за мной и направился вниз.

Над небом поднималась заря. От моря тянуло сыростью, по плечам прошёлся озноб от свежей Инь-Ци, что осела в нижних каналах и теперь искала, куда девать избыток.

Дошёл до двери кузни, достал ключ.

И тут земля под ногами пошла — на этот раз тряхнуло так, будто кто-то взялся за остров снизу обеими руками и встряхнул, как мокрую тряпку. Меня бросило плечом на дверной косяк, ключ выпал из руки и звякнул по камню. С крыши соседнего дома сорвалась черепица, разбилась о землю в полушаге. Где-то выше по склону раздался треск ломающегося дерева — балка крыши, не иначе. С грохотом обрушилась стена через две улицы.

Из домов закричали — женский визг, детский плач, мужская ругань. По верхней улочке кто-то побежал, не разбирая дороги. В коптильне рядом грохнула кадушка с водой.

Я устоял на ногах, упираясь спиной в стену кузни. Стена дрожала под лопатками, в швах кладки скрипел раствор. С крыши над дверью посыпалась труха, что-то сухое и пыльное.

Поднял взгляд к вершине острова.

Цитадель над городом стояла на чёрной скале, и от её южной башни в этот момент откололся кусок с хорошую телегу. Я видел, как глыба соскользнула с зубчатой стены, повернулась в воздухе и пошла вниз, цепляя по дороге выступы породы. До нижнего яруса города долетели щебень и пыль, которые забарабанили по крышам средних кварталов.

Чёрт, это рвалось что-то внутри горы. Что-то большое.

Тряхнуло ещё раз, короче, но злее. Дверь кузни хлопнула о косяк. Над крышей дома что-то скрипнуло — балка, удерживающая скат.