Книга Системный Кузнец X, страница 98 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Провожатый свернул на лестницу. Мы поднялись на два яруса, прошли через арку с вырезанным в камне гербом Гильдии и оказались в коридоре, разительно отличавшемся от всего, что я видел в Цитадели до сих пор.

Стены здесь были оштукатурены и выкрашены в тёплый охряной цвет. Потолок сводчатый, но невысокий и уютный. На полу каменные плиты, пригнанные так плотно, что швов почти не видно. В нишах стояли глиняные горшки с какими-то сухими растениями — мёртвыми или спящими, я не разобрал.

Коридор вывел в небольшой холл. Каменные скамьи вдоль стен, длинный стол из тёмного дерева, кувшин с водой и стопка глиняных чашек. Факел в железном держателе освещал помещение ровным спокойным светом. У дальней стены горел настоящий камин с живым огнём, а не жаровня. Тепло от него шло мягкое и домашнее.

Несколько претендентов уже обосновались здесь. Двое сидели за столом, негромко переговариваясь над разложенной картой острова. Третий дремал на скамье, закинув руки за голову. Кто-то из последней волны, судя по свежему ожогу на запястье.

Провожатый остановился и повернулся к нам.

— Жилое крыло для претендентов Нижнего Круга. Комнаты по обе стороны коридора, номера помечены мелом на косяке — номера на ваших бронзовых бирках. Еда будет стоять в комнатах до полуночи, после уберут. Купальни в конце коридора, две двери — левая мужская, правая женская. Вода горячая, из горного источника. Подъём с первым ударом колокола, сбор в зале.

Он кивнул, развернулся и ушёл, унося с собой факел. Тени качнулись и улеглись.

Я огляделся. Эйра стояла рядом, обхватив себя руками, и вертела головой, рассматривая холл с выражением человека, который ожидал увидеть казарму, а попал в гостиную. Усталость проступала на её лице отчётливо — глаза покраснели, скулы заострились ещё сильнее, и плечи, которые весь день держались ровно, теперь чуть опустились.

— Ну, — выдохнула она. — Мы прошли.

— Прошли.

— Мы прошли, Кай!

Голос сорвался, и Эйра прижала ладонь ко рту, будто испугалась собственной радости. Глаза блеснули в свете камина, и она коротко рассмеялась — хрипло и тихо, глотая звук.

— Ладно, — сказала она, выпрямляясь. — Ладно. Всё, я в порядке.

— Ты устала.

— Конечно, устала. Я несколько часов била молотком по Серому Железу, едва успела к гонгу и чуть не свалилась с ног у базальтового блока. Было бы странно, если б я сейчас скакала.

— Тогда иди отдыхай. Завтра рассвет.

Эйра кивнула, но не двинулась с места. И я тоже стоял. Молчание повисло между нами, заполненное потрескиванием камина и далёким гулом горы.

— Я никогда не была в замке, — сказала она вдруг тихо. — На Гряде самое большое здание — склад для сушёной рыбы. А тут… Буду спать в замке. В настоящей комнате. А кровать там, наверное, огромная.

— А может, и нет, — ответил я. — Может, топчан и одеяло с блохами.

Эйра фыркнула.

— Даже топчан с блохами в замке лучше моей циновки в порту.

Снова тишина. Она перебирала пальцами край рукава — тот самый жест, который я замечал за ней и раньше — ритм кузнечного молота, большой палец по указательному.

— Кай.

— М?

— Спасибо. За то, что… — она запнулась, подбирая слова. — Я слышала. Когда Брок орал с трибуны и ты молчал, но… Я видела, как ты смотрел. Когда я билась с этой проклятой гранью. Ты болел за меня.