Книга Системный Кузнец IV, страница 3 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

— Подъём! Подъём!

Люди зашевелились. Послышались недовольное ворчание и чавкающие шаги по раскисшей земле. Огляделся: и вправду — снег за ночь тут и там подтаял, и из-под него виднелись проплешины сухой травы, а в некоторых местах целые клочки ещё насыщенной зелени, усыпанной мелкими разноцветными цветами. Некоторые из них тускло светились в утреннем полумраке.

В серо-розовом небе застыли перистые облака — не просто термин из метеорологии, а действительно, будто несколько волнистых перьев кто-то расстелил над бескрайней равниной.

Где-то далеко, там, куда уходила основная дорога, на вершине холма высилась сторожевая башня, и на ней горел огонь — сигнальный маяк. Насколько знал, огонь в таких башнях зажигали в случае беды, почему же горит сейчас?

Люди начали спрыгивать с повозок, недовольно перешёптываясь.

— Все внутренности себе отморозил, — гундел какой-то мужичок, потирая бока.

— Ну, слава духам, пережили ночь, — шептала женщина, склонившись над двумя маленькими девочками и поправляя тем платки. — Скоро… скоро приедем.

Тоже спрыгнул с телеги, толкнув спящего как сурок Ульфа, и принялся затаскивать наверх нашу поклажу. Сонное лицо гиганта показалось из-за ящика. Затем парень, как маленький мальчик, не раздумывая, спрыгнул грузным телом в слякотную грязь, разбросав во все стороны комья снега. Молча принялся помогать — погрузились довольно быстро.

К нам подошёл погонщик — хмурый и молчаливый крестьянин из Оплота, который ехал с семьёй — его жена вела телегу, ехавшую прямо перед нами. Мужик особо не разговаривал — из тех, кто и слова лишнего не скажет — видимо, дали приказ: «Отвечаешь за груз из кузни», и мужчина выполнял.

Минут через десять колонна, скрипя и чавкая, тронулась в путь. Да вот только не с первой попытки — некоторые телеги за ночь так увязли в грязи, что лошади не могли их сдвинуть. Пришлось наваливаться всем миром, но из крепких мужчин были в основном солдаты… несколько бывших ополченцев… Ульф… да я. И лучше бы, чтобы о моей силе пока никто не знал.

— Подсобите! Подсобите, добрые люди!

Дряхлый старичок бежал вдоль колонны и умоляюще просил любого подойти и помочь вытащить телегу из грязи. Проблема была в том, что таких телег штук шесть и по-хорошему их нужно вытаскивать одновременно, потому что как только одну вытащат, дорога перед ней разобьётся ещё сильнее, и следующая увязнет ещё глубже.

Все крепкие мужчины, что были среди беженцев, тут же распределились по завязшим повозкам. Пошёл к одной из самых старых и хлипких — та еле держалась на колёсах — вся в трещинах, дерево местами отсырело и покрылось плесенью, а одна из осей криво починена грубой накладкой. Поклажа навалена шаткой горой — видимо, вещи нескольких семей утрамбовали по самое не хочу. Всё это добро кое-как укрыто кусками старой мешковины.

Подошёл к телеге. Ульф молча отправился к соседней. Несколько хиленьких мужичков уже приложились к повозке, предварительно подложив под колёса широкие доски и пучки хвороста для лучшего сцепления.

— А ну, разом! Навались! — скомандовал кто-то.

Мужчины с кряхтением и стонами упёрлись в телегу. Я дернулся, но практически не прикладывал усилий, лишь делая вид, и, как и ожидал, дело не сдвинулось ни на сантиметр.

— А ну, давай ещё! Поддай! — кричали мужики, а их лица покраснели от натуги.