Книга Системный Кузнец I, страница 50 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

[Состояние: Удовлетворительное (43%).]

Мои догадки подтверждались. Зернистость была одним из важнейших качеств точильного камня, от неё зависело многое. Быстро просмотрел все пятнадцать камней. Большинство были хламом — сточенные и засаленные куски песчаника, но среди них нашлось несколько сокровищ.

Отобрал пять лучших: два грубых, но почти новых, два сланцевых со средним зерном и один — самый интересный. Это был тёмно-серый, почти чёрный, очень плотный и гладкий на ощупь камень.

[Предмет: Точильный камень (Редкий ранг)]

[Материал: Аргиллит («Чёрный шёлк»)]

[Состояние: Отличное (82%). Зернистость: микроскопическая.]

[Примечание: При использовании с маслом позволяет достичь зеркальной полировки режущей кромки.]

Вот он! Мой ключ к идеальной остроте.

Сложил отобранные камни в старый мешок, который нашёл в углу и отправился в хижину. Нужно было запастись едой на несколько дней.

Отойдя недалеко от кузни, остановился на месте:

«Руду-то я получу, а в чём её нести?»

«Проклятая спешка» — мысленно выругался на собственную глупость. Разумеется, у рудознатцев есть мешки, но дадут ли они их какому-то подмастерью, которого видят в первый раз? Очень сомневаюсь, скорее, заставят нести в руках или в подоле рубахи.

Окинул взглядом старый мешок, в котором нёс точильные камни. Жалкое зрелище — в него влезет от силы килограммов пять, не больше. А ведь ещё еда, для неё у меня был лишь маленький мешочек и тряпка с хлебом. Нет, так не пойдёт.

Развернувшись, почти бегом вернулся к кузнице. Быстро прошёлся по углам, шаря глазами. Вот оно — в дальнем углу лежала аккуратная стопка плотных мешков из грубой ткани.

Без колебаний схватил один, что был прочным, чуть пах дымом и мог выдержать килограммов тридцать. Больше всё равно не дотащу, это тело ещё слишком слабое. Схватив мешок, выскользнул из кузни, плотно притворив за собой дверь и закрыв замок.

Нужно было торопиться — лучше прийти раньше и подождать, чем опоздать. Я побежал вниз по улице, ноги несли по утоптанной земле, мимо бредущих по своим делам людей. Над головой, на старом дереве во дворе одного из домов, чирикала стайка каких-то птичек, похожих на воробьёв.

Добравшись до ворот, с облегчением увидел, что площадь перед ними пуста, охотников ещё не было. Нырнул в знакомый узкий проулок, петляющий между задворками, и через минуту был у своей лачуги.

Внутри царил полумрак. Я бросил мешки на земляной пол и принялся собираться.

Первым делом — еда. Двое суток пути и работы. Сколько нужно? Мысль о том, чтобы тащить с собой копчёных лещей, отмёл сразу. Оставались лепёшки и почти целая буханка ржаного хлеба — его жалко, заветрится. Оглядел свою нору: ни сундука, ни даже ящика, чтобы сохранить его. Эта бытовая неустроенность раздражала, в прошлой жизни просто кинул бы его в пакет, здесь же это была целая проблема.

Сел прямо на пол. Что делать? Потерять еду было бы верхом глупости, с другой стороны, если хлеб зачерствеет, его всегда можно будет размочить, а вот если заплесневеет… Ладно, решение пришло само: беру всё, кроме рыбы. Если что-то начнёт портиться в пути — съем немедленно.

Взял небольшой узелок с куском солёного сала и сыром, а тряпицу с хлебом и лепёшками и аккуратно уложил на дно большого мешка. Воды не было, налить её тоже было не во что, а просить у охотников — как-то не по себе. Придётся терпеть — надеюсь, у шахты будет колодец.